<<
>>

Заключение

Мне остается сказать немногое.

Прежде всего должен заметить, что прекрасно сознаю неполноту своей работы. Так, в ней не рассматриваются вопросы политического устройства будущей России и ее частей.

Как ни важны будут эти вопросы и для будущей хозяйственной жизни России, они не входят прямо в число вопросов, которым посвящена настоящая работа. Поэтому я только местами вскользь касался некоторых из них.

Точно так же настоящая работа не рассматривает вопроса о способах и средствах смены советской власти и превращения в реальность той свободной России, о хозяйстве которой говорит моя работа. Кардинальный по своей важности, этот вопрос все же не входит в круг вопросов, которым посвящена эта работа. Он будет решаться на других путях другими людьми. Но повторяю еще раз сказанное в самом начале: работы, продумывающие то, о чем говорится в настоящей работе, могут оказаться полезными именно для решения указанного вопроса. Ибо для его решения нужно возможно более ясное и конкретное представление о том, чем должен быть заменен советский строй после смены коммунистической власти и за что, следовательно, следует бороться с этой властью.

Однако мной оставлен без специального рассмотрения и такой, уже прямо касающийся хозяйства России вопрос, как вопрос о ее хозяйственном единстве. Детальное изучение народного хозяйства России с этой точки зрения, с подробным анализом хозяйственных особенностей отдельных ее частей, их взаимного сцепления и взаимного восполнения, пока не выполнено. Но хо- зяйственно-географическое изучение России, проделанное до сих пор, показало, что ее народное хозяйство отнюдь не какая- то простая сумма частей, механически присоединенных одна к другой и потому столь же легко механически отделимых друг от друга59. Наоборот, в результате этих изучений, народное хозяйство России ясно выступает как некое органическое единство, как живой хозяйственный организм, как органически цельная хозяйственная сторона того органического же культурного, хозяйственного и геополитического единства, которое представляет собой путем долгого исторического процесса образовавшееся Российское государство.

Единства, которое органически росло, пока не достигло своих естественных пределов, так же, как органически росли США, пока из прибрежной полосы на Атлантическом океане не достигли размеров целого континента60. А потому это хозяйственное единство не может быть рассечено на части без гибельных последствий для всех его частей, в том числе в первую голову для тех частей, которые были бы отсечены от целого и легко стали бы простой игрушкой в руках врагов цельной России.

Надо, однако, сказать, что в это органическое единство входят не все области, составлявшие в свое время территорию России. Так, например, в него не входила Финляндия или национально-польская часть Польши. Не входят в него и некоторые из областей, присоединенных советской властью к СССР во время и после Второй мировой войны помимо воли подлинной России и вопреки ее политическим и хозяйственным интересам. Для исторической России, между прочим, характерно, что она сама признавала некоторые области, оказавшиеся в ее обладании, не только не входящими в ее экономическое единство, но и просто ненужными, и потому по собственной инициативе отказалась от них. Так была продана Соединенным Штатам Аляска и оставлена без государственного возмещения часть нынешней Калифорнии, освоенные русскими землепроходцами. Пошла ли бы на такой отказ от занятых территорий коммунистическая власть? Нет сомнения, что и будущая Россия не будет проявлять никакой склонности к агрессии, когда ее население будет само решать подобные вопросы.

Но с другой стороны, столь же несомненно, что, будучи живым организмом, будущая Россия, т.е. ее людской массив, не допустит без борьбы расчленения себя. Было бы наивно считать, что этот людской массив без боя согласился бы на самоубийственное in partes secare его страны. Еще у всех в памяти, как реагировала эта страна на гитлеровские планы ее расчленения, несмотря на всю ненависть ее населения к коммунистической вла- сти. Насколько ярче проявилась бы эта реакция в будущей свободной России.

Новая Россия по освобождении от коммунизма не должна повторить тех ошибок, которых было немало сделано в прошлом как центральной властью, так и представителями отдельных населяющих ее народов. Она должна предоставить своим территориальным и народностным частям широкое и подлинное самоопределение при полном равенстве прав для всех и возможности каждому свободно развивать свою национальную культуру. Можно с уверенностью сказать, что будущая Россия сделает это. Но было бы нелепо требовать от нее, чтобы она не защищалась, если бы кто-либо начал резать ее по живому телу, и предполагать, что она не вела бы этой самозащиты всеми доступными ей средствами со всей присущей ей мощью и самоотверженностью. Представьте себе, что от России отторгается юг ее Европейской части. Помирится ли Россия с тем, что от нее будут отняты южные земли и она будет отрезана от Черного моря? Общими вековыми усилиями и кровью своих сынов, северных и южных, она отвоевала эти земли от татар, турок, поляков, заселила своими людьми пустые пространства Новороссии, культивировала их, построила там города, развила промышленность. Что же, она откажется от этого исторического достояния? Нет, она будет защищать его и будет биться за него с расчленителями до последнего, опираясь на сочувствие и поддержку подавляющего большинства населения южной России. Совершенно так, как бились бы США с поддержкой самого местного населения, если бы кто-либо попытался отсечь от них южные штаты или отбросить их от Тихого океана, хотя Луизиана, например, была приобретена ими лишь полтора столетия, и Калифорния присоединилась к ним всего одно столетие назад. В России, особенно после ее освобождения от вызывающей общее отталкивание от себя коммунистической власти, против такого расчленения был бы отнюдь не один русский народ, но и народная масса других народов в отделяемых областях. Тем более, что при этом [дело] шло бы о народных массах, родственных по крови, вере, языковой близости и многовековой общей исторической судьбе. Как много уже раз в истории России расчленительские планы ее врагов и сепаратистских авантюристов разбивались о центростремительные тяготения и взаимное сцепление ее народных масс.

Да и с чисто экономической точки зрения будут ли именно южане заинтересованы в их отделении от общего российского народного хозяйства? Захотят ли они, чтобы общероссийский рынок, на котором они сбывают продукты своего сельского хозяйства, своей свеклосахарной промышленности и других отраслей горного дела, металлургии и обрабатывающей промышленности, стал для них иностранным рынком с возможными высокими ввозными пошлинами? А северный лес, кавказская и волжская нефть, среднеазиатский хлопок и центрально-русские текстильные изделия, равно как продукты русского машиностроения, стали иностранными импортными товарами со всеми возможными ограничениями ввоза их в отделившиеся области? Наконец, выгодна ли будет для них потеря возможности свободного и равноправного приложения своего труда и своих дарований на всей громадной территории российского государства? Разрывать все эти экономические связи поистине значило бы резать единое народное хозяйство по живому телу.

Поэтому, не вдаваясь в настоящей работе в детальное рассмотрение экономического единства России, я исходил из предпосылки, что народнохозяйственный организм освобожденной России останется не расчлененным на части, но все ее граждане пользуются равными правами и отдельные части страны живут и развиваются при максимально широкой политической, экономической и культурной автономии. Без рассмотрения оставлены мною также некоторые важные хозяйственные отрасли, например лесоводство и лесное дело, рыболовство и пр.

Не рассмотрены также отдельные отрасли горного дела и промышленности, хотя каждая из них имеет свои особенности. Но я сознательно старался сосредоточить внимание на самом основном. К тому же, как это указано в начале работы, разработка вопросов о хозяйственном устройстве будущей России должна все время пополняться, уточняться и корректироваться в зависимости от хода событий. Настоящая работа могла бы служить лишь началом и канвой для дальнейшего продумывания этих вопросов. Думаю, кроме того, что такая дальнейшая работа непосильна для какого-нибудь одного лица; для нее необходимы согласованные усилия ряда лиц. Особенно, если бы задача была расширена и дело шло о систематической разработке вопросов не об одном экономическом строе освобожденной России, но также и о других сторонах ее будущей структуры. Вырисовывается поэтому необходимость создания какого-то специального русского исследовательского института с достаточно широким диапазоном политической настроенности участвующих в нем лиц, но все же лиц, которые при всех отдельных различиях в их взглядах могли бы прийти к общему выводу как по узким специальным вопросам, так и по более широким основоположным проблемам будущей жизни России. Значение работ такого института может быть очень велико. Поверьте, что их результаты станут известны по ту сторону вовсе не так уж непроницаемого занавеса, а проникнув туда, вызовут и там соответственные размышления и реакции.

Однако всю настоящую работу я должен закончить одним не очень радостным предупреждением. Нелегко России освободиться от захвативших ее коммунистов. Враг все еще силен, по-прежнему жесток и от начала до конца коварен. Но и тогда, когда освобождение осуществится, после господства коммунистов останется тяжелое наследство. И не надо обольщать себя иллюзиями. Ликвидация последствий советского хозяйничанья и устройство новой хозяйственной жизни не будут очень легкими. Будет ряд трудных и опасных лет. Нельзя однако забывать, что это будут уже свободные годы. Годы, которые начнут эру свободной жизни и свободного народного творчества. Это облегчит тяжесть этих лет.

Поучительны и здесь слова уже много раз цитированного знаменитого русского химика. Слова, как будто написанные сегодня для будущей России: «...Велико заблуждение тех, которые думают, что предстоящее России можно выполнить легко и просто, одним мановением руки или одними пламенными желаниями и горячими речами...» Но тут же и утешение и надежда: «Сложности бояться, мне кажется, не для чего, потому что при надлежащем призыве сметливые и добросовестные люди в России найдутся, по крайней мере по моему крайнему разумению»61.

К тому же это будет уже не призыв к ненавистной, уничтожающей личное достоинство человека сизифовой работе на коммунистического Молоха, а призыв к полному достоинства и свободы мирному и благословенному труду для себя, для своей семьи, а тем и для своей страны. Другими словами, призыв к тому, по чем истосковались люди, населяющие эту страну. 1 См. его [Д.И. Менделеева - прим. ред.] «Заветные мысли». Спб., 1903, равно как «К познанию России». Спб., 1906, заграничное издание в Буэнос Айресе 1952. См. также его большую работу «Толковый тариф», [СПб.] 1892 и специальное исследование об Уральской железной промышленности, 1893. 2

В действительности это было далеко не так. Вот что пишет по этому поводу проф. И. А. Шумпетер: «... It schould be clear that the labor movement is not essentially socialist, just as socialism is not necessarily laborite or proletarian... And if there be a grand revolution... the spearhead will be formed by intellectuals assisted by the semicriminal rabble». (Schumpeter. Joseph A. «Capitalism, Socialism, and Democracy. 1st edition. New York and London, 1942. P. 310). 3

См.: Там и здесь. Голос русской эмиграции. Мюнхен: Изд. ЦОПЭ, 1958. С. 89. 4

Именно в этом стремлении коммунизма к захвату мира, не знающем никаких географических границ и пользующемся Россией как базой для мирового прыжка, лежит принципиальная грань, отделяющая коммунизм от патриотизма. Эта грань вместе с тем вскрывает ложность заявлений вроде: «термидор уже произошел, коммунизма больше нет, его сменил российский патриотизм». И ни один настоящий патриот России не соблазнится советским «патриотизмом», так как он желает сохранить свое, но не посягает на чужое и ясно различает под личиной советского «патриотизма» чуждые патриоту и губительные для России цели коммунизма. 5

См.: Wittvogel. Karl A. Oriental Despotism. A Comparative Study of Total Power. Yale University Press, 1957. См. также: Виттфо-Гель. Карл А. «Маркс и Ленин о восточном деспотизме» / Социалистический Вестник. 1958. № 2/3. С. 52-54. 6

Как говорит Bertrand Russel: «In cancer, a group of cells engages in a career of imperialism, but, in bringing the rest of the body to death, it decrees also its own extinction» (The Expanding Mental Universe // The Saturday Evening Post. July 18. 1959. P. 92). 7

См.: Народное хозяйство СССР в 1958 году. Стат. сб., Гос. стат. издат. М.: 1959, С. 920-930. Территория в млн кв. км и население в млн чел. (в скобках) были в последнее время по этим данным в отдельных странах, находящихся во власти коммунистов, следующие: Европейская] часть СССР - 5,6 (162,3), Азиат[скаяя] часть СССР - 16,8 (46,5), всего СССР - 22,4 (208,8), Албания - 0,03 (1,5), Болгария-0,1 (7,8), Венгрия-0,09 (9,9), Вост[очная] Германия-0,1 (17,3), Польша - 0,3 (29,0), Румыния - 0,2 (18,2), Чехословакия - 0,1 (13,5), Югославия - 0,3 (18,4); итого в Европе - 6,8 (277,9); красный Китай - 9,6 (650,0), Монгольская народн[ая] респ[ублика] - 1,5 (0,9), Сев[ерный] Вьет-

169

нам - 0,2 (13,6), Сев[ерная] Корея - 0,1 (9,5), всего в Азии - 28,2 (674,0); во всем мире - 35,0 млн кв. км с 952,0 мли чел. Распределение коммунистических и некоммунистических стран по отдельным частям света было следующим: [Часть света] Территория Коммунистическая Некоммунистическая Всего млн чел. % мли чел. % МЛН

чел. % Европа 6,8 64,8 3,7 35,2 10,5 100 Азия 28,2 64,1 15,8 35,9 44,0 100 Америка Сев[ерная] - - 42,0 100 42,0 100 и Юж[ная] Африка - - 30,3 100 30,3 100 Австралия и Океания - - 8,6 - 100 8,6 100 Итого 35,0 25,8 100,4 74,2 135,4 100

[Часть света] Население Коммунистическая Некоммунистическая Всего млн чел. % млн чел. % мли чел. % Европа 278,0 48,6 294,0 51,2 572,0 100 Азия 674,0 42,1 926,0 57,9 1600,0 100 Америка Сев[ерная] - - 381,0 100 381,0 100 и Юж[ная] Африка - - 224,0 100 224,0 100 Австралия и Океания - - 15,0 100 15,0 100 Итого 952,0 34,1 1840,0 65,9 2792,0 100

К этому можно было бы прибавить значительное число коммунистов в некоммунистических странах, но тогда надо вычесть подавляющую массу населения коммунистических стран, составляющую иекоммунистов и антикоммунистов, не могущих сказать об этом.

8 «Официальный ревизионизм и реформизм, наблюдающийся сейчас в Советском Союзе - типичная флюктуирующая изменчивость, колеблющаяся в предопределенных пределах. Оиа не выходит из границ, за которыми начина- ется путь политической эволюции - дорога, уводящая от советской системы к перерождению и новообразованиям» // Там и здесь. С. 31.

Даже «Сталин был принесен в жертву, чтобы спасти сталинизм», говорит Fritz Lowenthal (Das kommunistische Experiment. Theorie und Praxis des Marxismus-Leninismus. Koln, 1957. См.: Guins G.C. Bulletin of the Institute for the USSR. Jan. 1959).

'«Диктатура от своей схемы, обеспечивающей ее властвование, не откажется... Если бы коммунистическая система была органически выросшей, а не установленной насильно, она давно не требовала бы для своего сохранения ни террора, ни других форм принуждения, не влекла бы за собой бедности, давно могла бы удовлетворить потребности народа... Но в искусственной системе и меры искусственные, - и они неизбежно увеличивают напряжение». Однако «бесконечно это напряжение продолжаться не может... поэтому система все равно будет сломлена». Николаев Вл. К свободе, праву и справедливости. О путях переустройства России. Мюнхен: Изд. ЦОПЭ. 1958. С. 50). В другом месте тот же автор пишет: «А без широкой добровольной поддержки режима - такой, при которой население видело бы в режиме отражение своей собственной воли, ни один режим удержаться не может. Рано или поздно он должен рухнуть, какая бы изощренная система властвования ни охраняла этот режим» (С. 12). И это даже не будет «ломка», а «освобождение от насильственной системы; разумная перестройка в соответствии с волею людей» (С. 51), «...народ будет проводить не новую мучительную ломку, а перестройку жизни, ее обновление и перевод на здоровый путь» (С. 52). 10

Власти уже трудно жить «по-старому», но она не может и жить «по-новому», говорит Ф. Арнольд, «ибо это означает для нее конец ее существования...» «Народные же массы уже давно лелеют мечту о жизни по-новому». И они теперь не одни - вырос слой советской деловой интеллигенции. Даже сам вербуясь из партийцев, этот слой настроен против паразитарного класса партийцев «не только в интересах народа, но и в своих собственных интересах» («Там и здесь». С. 62-63). 11

В настоящее время под советской властью лишь отдельные лица находят в себе решимость вести революционную работу. Остальная оппозиционно настроенная масса населения вынуждена носить маску лояльности. Ее отрицательное отношение к советской власти проявляется или в закамуфлированном саботаже, или же и предъявлении различных незапрещенных требований к органам власти.

Не то эмиграция. Она не придерживается лозунга прежних революционеров: чем хуже, тем лучше. Она радуется, если после смерти главного изверга советские правители под влиянием растерянности и из чувства самосохранения частично ослабили террор и проводят реформы, несколько облегчающие жизнь народа. Она приветствует и дальнейшие успехи населения в борьбе за удовлетворение его потребностей. Но она не имеет никаких оснований надевать на себя реформистскую маску, наоборот, если она не хочет вызвать горечи и презрения к себе со стороны томящихся по ту сторону рубежа, она обязана открыто говорить то, чего там сказать не могут. Она должна разоблачать недостаточность и частую неискренность советских реформ, равно как отсутствие гарантий их прочности при коммунисти- ческой диктатуре. Она должна советовать населению не возлагать слишком много надежд на уступки и реформы советской власти и не давать усыплять себя этими частичными уступками, иногда более коварными, чем благотворными. Это отнюдь не значит безответственно звать к попыткам революции, когда для нее нет необходимых условий. Но это значит - с глубокой убежденностью в правоте своих слов и в сознании своей ответственности укреплять в сознании людей убеждение, что подлинное и прочное улучшение жизни может принести только коренная смена советского режима. Все это, между прочим, не было сказано Конгрессом за Права и Свободу в России, происходившим 25-27 апреля 1957 г. в Гааге (см.: Сборник материалов Конгресса. Франкфурт-на-Майне, 1958). Этим объясняется то недоверие, которое возбудил к себе Конгресс, запутавшийся между поддержкой антикоммунистических сил и реформизмом.

На позиции реформизма, но как средства для «революционной раскачки» страны, стоит проф. И.А. Курганов в работе «Реформизм в СССР» (см.: Информационный бюллетень Конгресса за права и свободу в России. 1958. № 7-8, июль-сент.). Он не признает возможности эволюционного перерождения коммунистической власти. Но население СССР, говорит он, несмотря на ослабление власти и нарастание сил у народа, вследствие целого ряда причин, в частности, из боязни нового хаоса и опасения, что моментом переворота могут воспользоваться враги России, в борьбе с коммунистической властью идет не по пути прямого революционного действия, а по пути реформизма. Поэтому на позиции реформизма должна стоять и политически активная эмиграция. Автор даже ссылается на Ленина, считавшего «величайшей нелепостью, если бы революционные социал-демократы стали отрекаться от борьбы за реформы». Но верно ли, что именно реформизм создает наибольший «шанс на революционную раскачку»? Может быть, как раз реформизм будет не только отодвигать сроки освобождения, но и понижать шансы на успех в борьбе за реформизм. И наоборот, не рост ли революционных настроений, усиливая угрозу взрыва, будет заставлять власть идти на большие уступки и реформы? Во всяком случае в защите реформизма не следует ссылаться на Ленина, так как именно он, хотя и использовал реформизм, но был решительным противником всякого реформизма и при всех обстоятельствах думал о революции. По-видимому, и нам, российским эмигрантам, при всей нашей противоположности Ленину, назначен судьбою удел оставаться своего рода Катонами и неизменно повторять: «delenda est Carthago» - коммунистический Карфаген в России должен быть разрушен. 12

См. характеристику этого «нового класса» в книге бывшего видного югославского коммуниста Милована Джиласа: «Новый класс. Анализ коммунистической системы». Пер. с англ. Нью-Йорк, 1958. Не Бог весть какая глубокая теоретически, книга эта ценна признаниями человека, руки которого в свое время были обильно обагрены во славу коммунизма кровью многих невинных жертв. Книга эта вызвала тем больший интерес, что написана она не одним из невозвращенцев в безопасном зарубежье, а в коммунистической Югославии Тито, заточившего своего бывшего сподвижника в тюрьму. 13

Вот любопытное признание в речи Паустовского по поводу романа Дудинце- ва, переданной из Москвы французским журналом «Экспресс» (1957. Апр.

См.: «Новое рус. слово». Нью-Йорк. 1957. 17 мая): «В нашей стране безнаказанно существует и процветает совершенно новый социальный слой - новая мелкобуржуазная каста...» их «тысячи, и нельзя закрывать глаза на их существование... Откуда появляются эти хищники, подхалимы, дельцы и предатели, считающие себя вправе говорить от имени народа, который они презирают и ненавидят... Обстановка научила их смотреть иа народ как на иавоз. В и их воспитаны самые низкие человеческие инстинкты. Их оружием является предательство, клевета, моральное убийство и простое убийство... Они должны ответить за то, что разорили страну...». 14

Не стану в подтверждение всего этого приводить статистических и иных фактических данных. Подробные данные о советском хозяйстве до 1957 и 1958 гг. собраны в моей работе «Эра пятилетних планов в хозяйстве СССР», изданной Институтом по изучению СССР в Мюнхене (части 1 и 2, 1959). 15

Так М. Осоргин, вовсе не будучи противником революции 1917 г., пишет: «Революция последовательна и едина, и февраль не мыслим без октября»... Хотя по его словам «Дореволюционная Россия была домовита, запаслива, богата, и война ее не истощила. Мы долго доживали и доедали ее запасы», все же о днях революции со всем их хаосом он восторженно восклицает: «Эти дни все-таки следовало пережить, эти лучшие дни огромной страны». Касьян Прошин, приводя эти цитаты, с грустью замечает: «Это похоже на то, как если бы я ради посещения любимой оперы отдал на ссылку или казни лучших своих друзей» (см.: Прошин К. Мысли советского революционера // Новое рус. слово, Нью-Йорк. 1957. 29 апр.). 16

См. «Новый Журнал», книга 48-ая, Нью-Йорк 1957, стр. 82. 17

См. главу III выше указанной моей работы «Эра пятилетних планов в хозяйстве СССР». 18

Так, с экономической программой, излагаемой мною ниже, при различиях в деталях в основном в значительной мере совпадают высказывания ряда других лиц и различных организаций. В качестве примеров можно указать и первоначальную программу тогда еще «Национального союза нового поколения» в Белграде и позднейшую (1951 г.) программу уже «Национально-трудового союза (российских солидаристов)». С. 35-53; судя по докладу А. Светла- нина. «Первоначальные мероприятия по переустройству государственной жизни в России» на IX политической конференции еженедельника «Посев» 13-15 сентября 1958 г., можно думать, что и пересмотренная программа того же союза или, вернее, части его, называющей себя теперь «Народио-трудо- вым союзом», не внесла каких-либо существенных изменений.

Совпадают с излагаемой мною экономической программой и принципы, провозглашенные Власовским «Пражским Манифестом», принятым 14 ноября 1944 г. в Праге «Комитетом Освобождения народов России» под председательством А.А. Власова, вскоре выданного большевикам и ими расстрелянного. Вот его экономические пункты: [...] 2. Утверждение национально- трудового строя, при котором все интересы государства подчинены задаче поднятия благосостояния и развития нации. [...] 5. Ликвидация принудительного труда и обеспечение трудящимся действительного права иа свободный труд, созидающий их материальное благосостояние, установление для всех видов труда оплаты в размерах, обеспечивающих культурный уровень жизни. 6. Ликвидация колхозов, безвозмездная передача земли в частную собсг- венность крестьян. Свобода форм трудового землепользования. Свободное пользование продуктами собственного труда, отмена принудительных поставок и уничтожение долговых обязательств перед советской властью. 7. Установление неприкосновенной частной трудовой собственности. Восстановление торговли, ремесел, кустарного промысла и предоставление частной инициативе права и возможности участвовать в хозяйственной жизни страны. [...] 9.

Обеспечение социальной справедливости и защиты трудящихся от всякой эксплуатации, независимо от их происхождения и прошлой деятельности. 10.

Введение для всех без исключения действительного права на бесплатное образование, медицинскую помощь, на отдых, на обеспечение старости. 11.

Уничтожение режима террора и насилия. Ликвидация насильственных переселений и массовых ссылок... Гарантия неприкосновенности личности, имущества и жилища. Эти общие принципы восприняты и конкретизированы участниками и последователями Власовского движения, организованными в «Союз борьбы за освобождение народов России» (СБОНР).

Всему этому в основном созвучны и воззрения «Центрального Объединения политических эмигрантов из СССР» (ЦОПЭ), что видно из издаваемых этой организацией политических и экономических брошюр. Кроме уже ранее цитированных «Там и здесь. Голос русской эмиграции» (Мюнхен, 1958) н Вл. Николаева, «К свободе, праву и справедливости. О путях переустройства России» (Мюнхен, 1958), можно отметить брошюры П. Ковалева «Между капитализмом и коммунизмом. Человек в индустриальном обществе» (Мюнхен, 1959) и К. Крылова «Система всенародной собственности. Выход из социалистического тупика» (Мюнхен, 1958). Как увидим далее, К. Крылов, говоря о «всенародной» собственности, имеет в виду доступную всему народу, а не социалистическую обобществленную собственность, поэтому отличия его предложений от излагаемой мною программы во многих случаях носят лишь терминологический характер. Ко все яснее кристаллизующемуся общему мнению относятся также частично экономического содержания статьи в сборнике «Судьбы России» (Нью-Йорк. 1957. № 1), равно как статья автора «Нового града» (Изд-во им. Чехова), Г. П. Федотова, «Судьба нашей духовной культуры» в сборнике «Вольная мысль» (Нью-Йорк. 1957. Дек. № 1).

Относительно своей работы укажу, что отдельные элементы ее были намечены и изложены уже в ряде прежних моих печатных работ, как то: статья «Классовая борьба и солидарность интересов» в «Славянской Заре» (Прага. 1920. Май), брошюра «К вопросу об экономической программе национальной России» (Белград, 1936), равно как книги «Марксизм. Изложение и критика» (Сан-Франциско, 1954. С. 60 и след.) и «Кооперация в России до, во время и после большевиков» (Франкфурт-на-Майне, 1955. С. 104-121).

Во многих конкретных чертах хозяйственного устройства освобожденной России настоящая работа совпадает с высказываниями Є.С. Петрова- Скитальца в его статье «Кронштадтский тезис сегодня» в «Новом журнале» (Нью-Йорк. 1960. Март. Кн. 59. С. 230-242). В частности, автор статьи, конечно, совершенно правильно подчеркивает, что подсоветские люди дорожат теми социальными завоеваниями, которых им удалось добиться за 42 года советской власти, и ничто, что, по их мнению, могло бы угрожать этим завоеваниям, для них не приемлемо. Но при правильности конкретных указаний основная концепция автора ошибочна и противоречит действительности.

Она покоится на резкой грани, проводимой автором между коммунистической партией и советской властью, и на утверждении, что население СССР жаждет свержения коммунистической партии, ио сохранения советской власти. В этом будто бы возрождается Кронштадтский тезис: «Долой компартию - вся власть Советам».

Не говорим уже о неясности того, что в действительности несли народу восставшие матросы Кронштадта. Но в корне ошибочно принципиальное противопоставление автором партии и советской власти. Столь же ошибочно его утверждение, что и народ так же противопоставляет их друг другу. И то, и другое просто не соответствует фактам. Ибо советская власть есть власть коммунистической партии, т. е. по существу та же партия. Это прекрасно понимают подсоветские люди. И потому тот, кто ненавидит партию, ненавидит и советскую власть. Ненавидит ее, потому что, если взять примеры автора, ЧК-МВД - это советская власть; обыски и аресты, тюрьмы и пытки - это она же; коллективизация, пять миллионов раскулаченных середняков и голод - это советская власть; «ежовщииа», Сталин и Хрущев - это она же; бряцание оружием и подготовка к атомной войне для ненужного народу завоевания мира - это советская власть. Это все, несомненно, и партия - но это и советская власть. Сверху донизу: от ЦК КПСС и назначенных или подобранных им Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР до райкомов партии с назначенными или подобранными ими райсоветами и райисполкомами. Как будто две разные, на самом же деле тождественные линии, т. е. по существу одна линия, сплетенная персонально и материально в один жгут, которым хлещут по народному телу. Поэтому для тех, для кого одиозна антинародная партия, так же одиозна партийная и потому столь же антинародная советская власть.

Если в 1921 г. люди еще могли не сознавать тождественности их, то после 40-летнего горького опыта они ее ясно видят и чувствуют. И тот, кто в СССР теперь мечтает о жизни «по-иному», думает не о советах и советской власти, а о свободно избираемой народной власти. Именно с ней связывает в СССР свои надежды задумывающийся рабочий, крестьянин, военный, хозяйственник и интеллигент, ожидал от нее и охраны своего государства, и сохранения социальных достижений, и осуществления требований социальной справедливости. Даже если бы, несмотря на 40-летнюю оскомину, для тех или иных органов удержалось название «советов», это были бы какие-то новые народные советы, но ни в коем случае не «советская власть». «Долой компартию и советскую власть - свобода дышать и жить под свободной подлинно народной властью». Такой, думается нам, а не Кронштадтский, тезис вынашивается в СССР под прессом советской власти. См. также критические отзывы о предложении Е.С. Петрова-Скитальца проф. Н.С. Тимашева: «Вместо комментария» (Новый журнал. 1960. Кн. 60. С. 236-238) и «Против Кронштадтского тезиса» (Нов[ое] рус[ское] слово 1960. 5 окт.). 19

Знаменитое наставление псковского старца Филофея: «два убо Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не бывать». 20

См.: Карпович М.М. Комментарии (еще о русском мессианизме) // Новый журнал, Нью-Йорк. 1958. Кн. 54. С. 271-289. 21

Так, утверждениями, будто русскому народу исконно присуща особая мессианская идея, с которой связан своими корнями и прусский коммунизм, на- полнены книги покойного Н.А. Бердяева (см.: Русская идея, Париж, 1946; Истоки и смысл русского коммунизма. Париж, 1955). Русский же народ, жаждущий лишь мирно жить и хозяйничать после смены советского режима, а поскольку верует, верующий без мудрствований вряд ли повинен в том, что возводится на него. Недавно вышедшая книга проф. А.В. Карташева «Воссоздание Святой Руси» (Париж, 1956) также не свободна от мессианской идеи. Русскому народу предстоит, по автору, после большевиков миссия ох- ристианить весь неверующий мир, равно как объединить все православие. Грешным делом думаю, что и по этому поводу верующие русские люди скажут: дай нам, Господи, спокойно молиться, обратить ко Христу своих неверующих и объединить в единой русской церкви хотя бы всех православных русских. 22

Совершенно ошибочно возводить корни советского империализма и коммунистической агрессии к идее «третьего Рима» Московской Руси, как это делают Б.И. Николаевский, П.А. Берлин и Е. Юрьевский-Валентинов. Интересно, что марксисты видят корни коммунистического империализма и агрессии не в Коммунистическом Манифесте Маркса и Энгельса, к которому эти корни действительно восходят, а в невинном наставлении монаха XVI века, с которым они не имеют ничего общего. Это похоже на то, как Запад считает агрессором и за это ненавидит русский народ, который никакой агрессии не хочет и в советской агрессии не повинен, с советской же властью, которая и является настоящим агрессором, жаждет установить самые дружественные отношения. 23

См.: Доклад Н.С. Хрущева «О контрольных цифрах развития народного хозяйства СССР на 1959-1965 годы на XXI съезде КПСС 27 января 1959 г.» М.: Госполитиздат, 1959. С. 15. 24

И сам Хрущев, и все советские экономисты видят «постепенное перерастание социализма в коммунизм» в росте благ и услуг, предоставляемых населению бесплатно сверх получаемой «по труду» заработной платы. Однако бесплатное предоставление благ и услуг растет и в некоммунистических свободных странах, не означая их перехода к коммунизму и даже социализму. Вместе с тем блага, получаемые в СССР бесплатно, получаются далеко не в меру «потребности» в них; этому противостоят в свободных странах многие блага хотя и не бесплатные, но благодаря высоким заработкам населения потребляемые именно «по потребностям»; в передовых странах число таких благ и услуг быстро возрастает. 25

Уменьшение роли капитала и ослабление влияния собственников капитала на руководство предприятиями особенно подчеркивает между прочим проф. Харвардского [Гарвардского - прим. ред.] университета John Kenneth Galbraith, автор книги «The Affluent Society» (Houghton Mifflin, 1953), в статье «Men and Capital» (The Saturday Evening Post. 1960. March 5. P. 32). 26

О развитии советской промышленности см. нашу ранее упомянутую книгу «Эра пятилетних планов в хозяйстве СССР». См. также интересные данные о росте физической (в натуральном выражении) промышленной продукции в России, а затем СССР, и в США, начиная с 1870 г. по 1955 г. в статье проф. G. Warren Nutter «The Structure and Growth of Soviet Industry: A Comparison with the United States» в «Comparison of the United States and Soviet Economics» (Papers Submitted by Panelists Appearing before the Subcommittee on Economic

Statistics. Joint Economic Committee. Congress of the United States. Washington, 1959. Part I. P. 95 и s.v. Новейший рост советской промышленности по официальным советским данным см. в изданном ЦСУ статистическом ежегоднике «Народное хозяйство СССР в 1958 году» (М.: Госстатиздат, 1959. С. 125 и след.) 27

К. Крылов в упомянутой ранее брошюре «Система всенародной собственности. Выход из социалистического тупика» (С. 54-55), понимая «всенародную» собственность в смысле «общедоступной» собственности, высказывается за превращение государственных и коммунальных промышленных предприятий в акционерные общества со следующим распределением их акций: 1) 50% акций остаются государственной или коммунальной собственностью, 2) часть акций, достаточная для того, чтобы она при среднем доходе предприятия давала дивиденд, равный месячному фонду заработной платы данного предприятия, передается с правами голоса и получения дивиденда бесплатно работникам предприятия, которые однако сохраняют право на эти акции лишь до тех пор, пока они работают в предприятиях, 3) остальные акции постепенно продаются прежде всего по льготным ценам работникам предприятий, а затем по нормальной цене посторонним лицам. Пункт (1) совпадает со сказанным в тексте, только мы не вдаемся в пока трудно установимые детали. Что же касается пункта (3), то для некоторых предприятий форма таких смешанных акционерных обществ, как это далее указано в тексте, может оказаться вполне целесообразной. Но для более важных предприятий продажа значительной части акций частным лицам и сохранение в руках государства или автономных частей государства всего лишь 50% акций не будет отвечать их народнохозяйственному значению. 28

Вот несколько мест из его книги «К познанию России» (изд. 1906 г.), не потерявших своей поучительности и для наших дней. «Получается», пишет он, «один, единственный выход. Он состоит в развитии видов промышленности всякого рода» (С. 19), так как она создает спрос на труд и производит разнородные виды продуктов и услуг, удовлетворяющих разные народившиеся потребности». «Откуда происходит наша бедность, это совершенно ясно: от занятия преимущественно первичными промыслами». А между тем: с Урала «мы можем весь мир снабдить дешевым чугуном, железом и сталью. Наши нефтяные, каменноугольные и другие богатства едва, едва затронуты» (С. 45). Ради развития промышленности он защищает систему протекционизма и называет «толковым» таможенный тариф с пошлинами, оспаривая возражение, будто эти пошлины ведут к дороговизне. В средине XIX века, пишет он, керосин ввозился из Америки и стоил в Петербурге около 3 руб. за пуд. Стали покровительствовать внутреннему производству и цены сперва упали вдвое, а потом еще сильней; введен был налог, но «народ, несмотря на это, все же весь стал освещаться керосином» (С. 73). И далее интересные строки для начала нынешнего столетия: «Следовало не только устраивать своевременно нефтепроводы и облагать ввозимые нефтяные товары, но и покровительствовать всеми способами возникновению нефтяной промышленности не только во многих местах Кавказа, где есть нефть, но и в других местностях России, где она несомненно имеется в большом изобилии» (С. 74). Защищает он также ввозные пошлины на хлопок для развития хлопководства в Среднеазиатских владениях и в Закавказье. Характерно, однако, что хотя советская власть использовала указания Менделеева и добыча нефти в 1958 г. была в 12 раз больше, чем в 1913 г., далеко не все, нуждающиеся в керосине, могут в настоящее время достать его и стоять за ним в очередях, чего не было во время Менделеева. Как бы предвидя, что советская власть будет склонна осуществлять сказанное им, но осуществлять по-своему, Менделеев пишет: «Социалисты тут кое-что поняли, но сбились... прибегая к насилиям, потворствуя животным инстинктам черни и стремясь к переворотам и власти» (С. 92). Предвидел Менделеев и крайний рост бюрократического аппарата при социализме и коммунизме. Вот что пишет он по этому поводу: «Немало у нас лиц, которые полагают, что число служащих у нас очень велико, тогда как оно в сущности очень мало и если бы, что не дай Бог, в каком-нибудь виде осуществились где-нибудь утопии социалистов и коммунистов, то число одних тех, которые будут распределять работы, сгонять на них и наблюдать за ними... стало бы наверное во много, много раз превосходить число современных служащих» (С. 51). Менделеев не ожидал, что его прогноз прежде всего оправдается на его родине. Провидел Менделеев также передвижение масс населения России на восток и рост там новых хозяйственных центров, что опять-та- ки, хотя и варварским способом осуществляется советской властью. По примеру американских цензов, при которых каждые 10 лет вычисляется центр населения США, Менделеев вычислил для 1897 г. центр территории и центр населения России. Первый оказался в Енисейской губ. немного южнее г. Ту- руханска (63°29' сев. широты и 53°0' вост. долготы от Пулкова); второй - в Тамбовской губ. на северо-восток от г. Козлова (ныне Мичуринск) и на запад от г. Моршанска (53°20' сев. шир. и 10°23' вост. долг.). При этом в США центр населения передвигается на запад и с 1790 г. по 1950 г., двигаясь в общем по 39-й параллели сев. шир., передвинулся с 76° до 88' зап. долг, от Гринвича, т.е. за 160 лет продвинулся к западу на 644 мили. На юг он передвинулся за это время всего на 31 милю и находился в 1950 г. у поселка Денвер в штате Иллиной с (38°50' сев. шир. и 88°9' зап. долг.). См.: Census of Population 1950. 1952. Vol. I. P. XV-XVI. В России, по словам Менделеева, при неизменной территории центр населения также должен передвигаться и «можно утверждать с уверенностью - будет двигаться в сторону благодатного юга и обильного землей востока, как того требует все прошлая история нашей страны и ее современное и будущее благополучие» (С. 99). Этот процесс несомненно будет продолжаться и в новой России, хотя в ней будут ликвидированы советские концентрационные лагеря и прекратятся принудительные вербовки на целину или далекие стройки. Он будет продолжаться так, как он шел в виде движения переселенцев в прежнее время, как шел в США людской поток из восточных штатов в западные. С этим придется считаться будущей России. И тут проглядывает следующая весьма интересная тенденция: Америка отходит от Атлантического океана и движется на запад к Тихому океану, Россия же отходит от запада и движется на восток к тому же Тихому океану. Центры населения обеих стран сближаются, а на историческую авансцену все более выдвигается Тихий океан.

Да простят читатели это уклонение от нашей главной темы, навеянное книгой Менделеева.

29 Вот, что пишет об этом А. Добровольский в статье «Оплата не по труду, а по «значимости» (Новое рус. слово. Нью-Йорк. 1960. 10 мар.): «В Советском]

Союзе все получают по их "значимости", а не по труду. Но это было бы еще полбеды, если бы "значимость" расценивалась с точки зрения пользы для народного хозяйства и, следовательно, всего общества в целом. Беда состоит в том, что значительным признается лишь то, что идет на пользу коммунистической диктатуре, т.е. во вред народу. Поэтому совершенно естественно, что в Советском] Союзе вслед за олигархией самым "значительным" оказался "труд" чекиста. Это особенно ярко подчеркивалось в первые годы бешеной сталинской индустриализации. Колхозники тогда за свой труд... вымирали с голоду, "его превосходительство" пролетариат был посажен на голодный паек, едва спасавший его от участи колхозника, и только партийная бюрократия и чекисты не знали ни голода, ни квартирного кризиса, ни дефицита в "промтоварах", онн все получали в своих "закрытых распределителях"... по труду, стало быть!» И в настоящее время, по словам JI. Добровольского, «в советской системе оплаты труда ярко выражен сословный принцип - принцип "значимости" для узких целей диктатуры!» 30

Так, например, минимальная заработная плата в США равна сейчас 1 доллару в час, что при 40-часовой неделе составляет 160 долл. в месяц, т.е. даже по явно преувеличенному курсу рубля (4 руб. за доллар) - 640 руб., а по курсу, установленному для туристов и все же преувеличенному (10 руб. за доллар) - 1600 руб. в месяц. В настоящее время поднят вопрос о повышении минимальной заработной платы до 1,25 долл. за час, т.е. до 200 долл. или 2000 руб. в месяц. 31

О кризисе советского сельского хозяйства и его современном положении см. мою книгу «Эра пятилетних планов в хозяйстве СССР», 1 и 11; см. также Мер- цалов B.C. Трагедия российского крестьянства: анализ колхозной системы» (Франкфурт-на-Майне, 1948) - это одна из первых работ, давшая подробный анализ последствий социализации сельского хозяйства; его же доклад о «Политике крутого подъема в сельском хозяйстве СССР» (Пятая конференция Института по изучению истории и культуры СССР. Мюнхен, 1935). Цифровой материал приведен также в упомянутой ранее публикации: Comparison of the United States and Soviet Economies // Joint Economic Committee. Congress of the United States. 1959, Part I. а именно в статьях: Johnson D. Gale and Kahan Arkadius Soviet Agriculture; Structure and Growth. P. 201-237; Nimitz Nancy «Soviet Agricultural Prices and Costs». P. 239-234 и Volin Lazar Agricultural Policy of the Soviet Union. P. 285-318. 32

См. Лазар Волин. Указ. статья. С. 287. 33

Процесс перерождения деревни и крестьянства при советской власти подробно описывает И. А. Курганов в работе «Новый этап в социальной реконструкции России». Информационный бюллетень «За права и свободу в России». 1958. № 4-5. 34

К. Крылов в указанной брошюре о «Системе всенародной собственности (выход из социалистического тупика)» считает, что «вся земля (как и другие природные богатства) может являться только всенародной собственностью, т.е. быть государственной». Однако тут же он продолжает: «Но пользование осуществляется как личной частной собственностью; земля может являться предметом купли-продажи (но не спекуляции). Принадлежность ее государству сказывается только в том, что государство, возмещая потери землевладельцу, имеет право бесспорного отчуждения земли под железные н шоссей- ные дороги и под разработку природных богатств. Кроме того, землей в несельскохозяйственных целях могут пользоваться все граждане (охота, рыбная ловля и др.) и это пользование регулируется только государственным законодательством» (С. 58).

Но тогда это не государственная, а частная собственность, которую и теперь в свободных странах государство и местные самоуправления имеют право отчуждать для общественных целей за справедливое вознаграждение. Точно так же горное право, как и право охоты и рыбной ловли, допускает пользование для этих промыслов на известных условиях чужой землей. Как уже было указано выше, «всенародной» такая собственность была бы лишь в смысле ее общедоступности, что и является основной мыслью К. Крылова.

Далее в тексте указано, что некоторые земли могут оставаться в собственности государства или города и сельских обществ, но отдаваться частным лицам для индивидуального пользования в аренду на долгий срок (обычно в таких случаях на 99 лет). Столь долгосрочная аренда является почти собственностью. Поэтому как исключение она не может вызывать возражений иногда, она является предпочтительной. Но превращенный в общее правило этот тип землепользования вряд ли ответил бы желаниям населения. Необходимость ходатайствовать о предоставлении аренды, возможность отказа в этом, а при некоторых условиях и отнятия арендуемой земли, равно как повышения арендной платы, создавали бы постоянную зависимость арендаторов от государственной или коммунальной власти. Это уничтожило бы чувство прочности владения и независимости. А именно это хотело бы сельское население получить в новой России. И именно это было бы важно для успешного развития сельского хозяйства.

35 К концу 1958 г. (в скобках данные для конца 1955 г.) было 69,1 (87,4) тыс. колхозов с 18,8 (19,8) млн колхозных дворов, т.е. с 272 (231) дворами в среднем на 1 колхоз. Всей земли в этих колхозах было 763,0 (838,4) млн га, в том числе 321,3 (394,8) млн га сельскохозяйственных угодий, из которых 162,4 (190,0) млн га составляли пахотные земли, в том числе 131,4 (149,1) млн га посевной площади. Из 321,3 (394,8) млн га сельскохозяйственных угодий 315,2 (387,9) млн га представляли общественные земли колхозов и 6,1 (6,9) млн га приусадебные участки колхозников. Следовательно, на 1 колхоз приходилось в среднем 11,0 (9,6) тыс. га всей земли; 4,65 (4,5) тыс. га сельскохозяйственных угодий; 2,35 (2,2) тыс. га пахотной земли и 1,9 (1,7) тыс. га посевной площади, а на 1 колхозный двор в среднем по 40,6 (42) га всей земельной площади, в том числе по 17,1 (19,9) га сельскохозяйственных угодий, по 8,6 (9,5) га пахотной земли и по 7,0 (7,5) га посевной площади. Конечно, и в разных местностях и разных колхозах существуют значительные отклонения вверх и вниз от этих средних величин. Но таков был бы размер среднего крестьянского хозяйства, выделенного из колхоза, если бы остались в силе приведенные числа.

Кроме колхозов, были 6,0 (5,1) тыс. совхозов с 3,8 (2,1) млн всех работников и вместе с другими государственными хозяйствами 267,3 (138,9) млн га всей земли, в том числе 178,0 (91,3) млн га сельскохозяйственных угодий, из которых 66,2 (37,4) млн га составляли пахотные земли и в том числе 56,9 (29,4) млн га посевную площадь. Сверх этого в личном пользовании рабочих и служащих находилось 1,7 (1,1) млн га всей земли и у крестьян-единолични- ков - 0,1 (0,2) млн га всей земельной площади; сельскохозяйственных угодий у этих двух групп хозяйств было - 1,5 (1,0) и 0,05 (0,1) млн га и пахотной земля - 1,2 (1,0) и 0,02 (0,03) млн га.

Как видим, сельскохозяйственное производство ведется главным образом колхозами и совхозами, причем число колхозов, число крестьянских дворов в них и площадь земли у них за 3 года сильно уменьшились, наоборот, все показатели для совхозов резко возросли. Но для оценки коллективного и частного хозяйства показательно следующее. Частные хозяйства занимают ничтожную долю земельной площади, но, несмотря на все гонения и ущемления соаетской властью, дают непропорционально высокую долю продуктов земледелия и животноводства. У всех личиых хозяйств колхозников, рабочих, служащих и крестян-единоличников в 1958 г. было только 7,6 млн га сельскохозяйственных угодий из общей массы их в 500,8 млн га, т.е. всего 1,5% их. Между тем у этих хозяйств на 1 января 1951 г. [и] даже на 1 января 1959 г. после усиленного гонения на них в последние годы были следующие проценты общего поголовья разных видов скота: крупного рогатого скота - 43,4 н 41,2 %, в том числе коров - 66,0 и 55,6%, свиней - 34,7 и 31,1 %, овец- 15,5 и 22,1 % и коз - 52,0 и 83,6 %. Процент частного поголовья за 8 лет несколько упал, особенно для коров, но для свиней и коз он даже возрос. Эти числа показывают, как велика «магическая сила собственности» и как эта сила должна оживить сельское хозяйство России, в которой она начнет действовать невозбранно. Приведенные цифровые данные взяты из: «Народное хозяйство СССР за 1956 год» (С. 106,109,114,144,147) и «Народное хозяйство СССР за 1958 год» (С. 349, 383, 394, а для поголовья скота - с. 449-450). 36

См. мою статью «Concentration of Agriculture in the United States (Trends and Consequences)» // Economia Intemazionale. Genovo, Agosto 1959. Vol. XII. N 3. P. 495-527. 37

Mighell Ronald L. American Agriculture. Its Structure and Place in the Economy // Census Monograph Series. New York, 1955. P. 70. 38

См. мою работу «Land settlement and the War» в томе о «Russian Agriculture during the War» в «Economic and Social History of World War», ed. by Carnegie Endowment for International Peace (New Haven, 1930). См. также мою статью «Столыпин и его аграрная реформа» а журнале «День Русского ребенка». Сан-Франциско. 1954. Вып. XXI. С. 26-41. 39

Данные взяты из статистического ежегодника «Народное хозяйство СССР в 1958 году» (стр. 539, 541, 544 и 601), а также из статистического сборника «Транспорт и связь» (М.: Госстатиздат, 1957. С. 7 и 12). За величину грузового воздушного транспорта взята разница между всем грузовым транспортом и суммой всех остальных видов транспорта. Данные о пассаж[ирском] воздушном транспорте взяты из указанной далее статьи X. Хантера, где величина этого транспорта определена тем же способом. Этот способ, конечно, дает весьма неточные величины. Но официальные советские источники не приводят абсолютных величин. См. также две статьи в «Comparisons of the United States and Soviet Economies» // Joint Economic Committee. Congress of the United Slates. Washington, 1959. Part I: Williams Ernest W. Some Aspects of the Structure and Growth of Soviet Transportation (P. 177-187) и Hunter Holland. Soviet Transportation Policies - a Current Review (P. 189-199). 40

П. Ковалев в уже цитированной работе «Между капитализмом и коммунизмом. Человек в индустриальном обществе» говорит по этому поводу: «Пока у нас будет существовать хозяйственно-политическая монополия Левиафана, ни о каких преимуществах потребителя нельзя серьезно говорить, о них можно лишь безответственно болтать» (С. 50). Ссылаясь на швейцарского экономиста Вильгельма Репке, он прибавляет; свободное рыночное хозяйство - это ежедневный плебисцит, каждый франк, истраченный потребителем, - это поданный голос, а реклама - избирательная пропаганда, и самая совершенная пропорциональная система, ибо голоса меньшинств тоже принимаются во внимание - это демократия рынка (С. 51). 41

Несмотрт на преследования, советская страна кишит спекулянтами. Советская пресса признается, что частник-спекулянт, «как клоп», лезет во все щели строящегося коммунизма. Спекулируют земельными участками и домами, дачами, автомобилями, фруктами и прочими товарами. Прежде спекулянты - мешочники висели на подножках вагонов, теперь они возят товары в своих «Зисах», «Победах», «Волгах» (см. статью о спекулянтах С. Павлова в «Русской жизни». Сан-Франциско. 1959. 23 окт.). Напрасно советская пресса называет черный рынок и спекуляцию «пережитками капитализма», так как «в капиталистических странах не спекулируют детскими куклами и лавровым листом» (Ковалев П. Указ. соч. С. 52). Ср. Редлих Р. Экономическое подполье. (Наши Дни. 1960. № 1). 42

Данные для СССР взяты из ежегодника «Народное хозяйство СССР в 1958 году» (С. 775, 778 и 786), а также из статьи А. Дементьева «Некоторые вопросы торгового обслуживания населения» в журнале «Вопросы экономики» (1959. № 8. С. 54). Для США см.: Information Please Almanac 1958. New York City. P. 773. 43

См.: Пруденский Г. Вопросы учета внебрачного времени // Вопросы экономики. 1959. №4. С. 89. 44

Ф. Савенков («Некоторые вопросы снижения общезаготовительных расходов сельскохозяйственной продукции» // Вопросы экономики. 1959. № 6. С. 140-142) пишет, что посреднические расходы по заготовке сельскохозяйственных продуктов достигают 30 и более процентов их ценности. Зачастую содержание заготовительных организаций «обходится государству почти столько же, сколько стоит заготовляемая ими продукция». Так, одному молочному заводу 1 л молока обходится 3 руб. 10 коп. и из них он платит 2 руб. скупщикам молока. В заготовительном аппарате занято около 1 млн чел. и расходы по заготовке, приемке и хранению сельскохозяйственных продуктов составляют более 5 млрд руб. в год (С. 142). 45

Народное хозяйство СССР в 1958 году. С. 798. 46

См. мою книгу «Кооперация в России до, во время и после большевиков», особенно с. 104-121. Ср. также Тотомианц В.Ф. Кооперативное движение в России//Судьбы России. 1. С. 124-131. 47

Советские экономисты любят утверждать, что и в социалистическом советском хозяйстве не потерял своего значения при установлении цей «закон трудовой стоимости» (ценности? - А.Б.), но только «действует в преобразованном виде» (Ровинский Н.Н. Финансовая система СССР. М., 1951. С. 9), а потому он все же «в известных пределах регулирует обмен товаров в соответствии с количеством труда, затраченного на производство» (Финансы и кредит СССР. Под рук. А.В. Бачурина. М., 1953. С. 5). Не надо быть сторонником теории ценности К. Маркса, чтобы признать известное влияние на цены товаров труда, затраченного на их производство. Но именно в СССР во множестве случаев цены не имеют ничего общего не только с «трудовой стоимостью», но и вообще с себестоимостью и издержками производства. Таковы прежде всего цены продуктов сельского хозяйства. Вообще в СССР никто не кладет в основу цен «трудовой» стоимости. Берут денежные издержки производства, причем элементы этих издержек оценивают по их денежным ценам, опять-таки установленным вне соответствия с затраченным трудом. «Трудовая стоимость» и не интересует население. Для него важно, что устанавливаемые властью закупочные цены или цены с высоким налогом с оборота резко нарушают его интересы; интересует также то направление советского хозяйства, при котором остаются неудовлетворенными или недостаточно удовлетворенными основные потребности населения. См. многочисленные статьи о роли «закона стоимости» в социалистическом хозяйстве в «Вопросах экономики». Ср. мои рецензии на 1-6 и 7-12 книжки этого журнала за 1959 г. в «Вестнике Института по изучению СССР», № 2(34) и 3(35) за 1960 г. 48

См. «Народное хозяйство СССР в 1958 году». С. 770. 49

Верховный Совет СССР в майской сессии 1960 г. постановил ввести с 1 января 1961 г. новый «твердый» рубль, обменяв 10 нынешних рублей на 1 новый. Это пересчет обесценившейся валюты, аналогичный недавнему пересчету французского франка с обменом 100 франков на 1 новый. Так как при этом в СССР будут понижены в 10 раз заработная плата, пенсии и все другие виды оплаты и в то же время должны быть понижены в 10 раз государственные цены товаров, то эта девальвация или деноминация будет носить лишь формальный счетный характер.

Насколько новый рубль будет «твердым», это будет зависеть от выпуска новых денежных знаков и движения товарных цей. Как отразится новая денежная реформа на международных расчетах, будет зависеть от политики советской власти, так как внешний курс рубля не связан непосредственно с его внутренней покупательной способностью. Советская власть увеличила номинально золотое содержание нового рубля с 0,22 до 0,98 граммв и соответственно повысила курс нового рубля с 0,25 до 1,11 доллара.

Что же касается населения СССР, то для него дороговизна потребительских товаров должна остаться прежней. Ибо если цены товаров понизятся на новые рубли в 10 раз, то и заработная плата понизится в той же мере. Прежней останется дороговизна товаров для советского рабочего и при выражении их цен в труде. Если мужской костюм стоит теперь 1500 руб., а месячную заработную плату принять в 750 руб., что выше среднего, то цена костюма равна 2 месяцам труда. В новых рублях костюм должен стоить 150 руб., но и месячная плата будет равняться 75 руб., т.е. цена костюма по-прежнему будет равна 2 месяцам труда. Такой костюм в США стоит не более 50 долл., если же принять среднюю месячную заработную плату американского рабочего в 400 долл., то для него цена костюма равна всего '/8 месяца его труда. Исчисленный в труде костюм и после реформы останется для советского рабочего в 16 раз более дорогим, чем для рабочего США.

Но в ряде случаев денежная реформа может оказаться связанной с значительными потерями для населения. Во-первых, для обмене денежных зна- ков назначен слишком короткий срок в 3 месяца, в течение которого многие не успеют предъявить своих рублей. Во-вторых, для многих предъявление наличных денег может грозить такими советскими скорпионами, что люди предпочтут потерять их. Наконец, в-третьих, если власть может предупредить рост государственных цен, то кроме них существуют свободные цены колхозных рынков. Эти цены несколько упали в 1956 и 1957 гг., но заметно поднялись в 1958 г., особенно на картофель, овощи, мясо, кроме свинины, яйца (см. «Народное хозяйство СССР в 1958 году», М„ 1959. С. 789). Понизятся ли эти цены в 1961 г. в новых рублях в 10 раз - это большой вопрос. То же относится к покупкам по-черному и по блату, которыми люди восполняют недостатки государственного снабжения.

50 См. «Народное хозяйство СССР в 1958 году». С. 915. Советские авторы (см. например, Н.Н. Ровинский. Указ. соч. С. 140) упрекают старые русские сберегательные кассы (как и вообще сберегательные кассы несоциалистических государств) в том, что их гласными вкладчиками являлись не рабочие и простые крестьяне, а «землевладельцы, торговцы, духовенство, офицерство, крестьянская буржуазия, чиновники». Но это неверно, так как промышленные, торговые и вообще более зажиточные круги держали свои свободные деньги не в сберегательных кассах, а в банках. Сберегательная же касса была крайне демократична по составу вкладчиков. Кроме духовенства, младших офицеров, мелкого чиновничества, среди вкладчиков было много низших служащих, прислуги, рабочих и простых крестьян. С другой стороны, среди вкладчиков советских сберегательных касс много советской буржуазии, отнюдь не являющейся простыми рабочими или простыми колхозниками. Упрекают старую Государственную] сберегательную] кассу и в том, что она помещала свободные вклады в государственную ренту. Но при этом умалчивают, что советские кассы не только помещали свободные вклады в советские займы, но обязаны были привлекать вкладчиков к подписке на эти займы; в настоящее же время государство прямо производит позаимствования из сберегательных касс.

31 Такая гарантия вкладов была введена, например, в США после банкового кризиса начала 30-х годов. Чтобы вклады в данный банк пользовались правительственной гарантией, банк должен присоединиться к федеральной корпорации по страхованию депозитов и уплачивать ей ежегодно 0,05% средней годовой суммы вкладов. Гарантия сперва распространялась на вклады до 5 тыс. долл., а позже была расширена на вклады до 10 тыс. долл. Банкам выгодно присоединяться к указанной корпорации и уплачивать отмеченный взнос, так как гарантия увеличивает приток вкладов.

52 В 1922-1926 гт. были заключены натуральные займы (хлебный, сахарный), золотые и целевые займы (транспортный и др.). Далее по пятилеткам суммы, полученные советской властью от займов, были следующие: 1-я пятилетка - 9,5 млрд руб., 2-я пятилетка - 24,3, 3-я пятилетка - 27,4, годы войны - 100,6, 4-я пятилетка - 125,1 и 5-я пятилетка - 131,6 млрд руб., всего - 418,5 млрд. руб., но часть этой суммы была погашена. 53

См.: Бачурин А.В. Указ. соч. С. 338. 54

Выгоду иностранного капитала Д.И. Менделеев иллюстрирует следующим примером (см.: К познанию России. [СПб.] 1906 г. С. 77-78). Ввозится ино- странный капитал в 1000 млн руб., вкладывается в промышленность и дает нового продукта на 1300 млн руб. Из них идет: 275 млн руб..

752 « 100 « 1100 «

на новые заработки рабочих и служащих на сырье, покупаемое внутри страны неуплату государству налогов и пр. следовательно, остается в стране «Все это (в сумме 1100 млн руб.) остается в стране; все это будет новым приобретением, новым средством увеличить народный достаток и нечего жалеть и плакаться над тем, что за эти прибавки получится еще 200 млн руб. в год всяких доходов предпринимателям за их труды и на погашение и интерес не только начально вложенного, но и оборотного капиталов, и пусть даже все эти 200 млн руб. в год уйдут за границу, все же жалеть нечего, потому что: 1) ведь промышленных товаров из-за границы выпишется меньше, наверное, не на 200, а, пожалуй, на 500-600 млн руб. (так как новая промышленность будет прежде всего производить ввозящиеся товары) н 2) произведя товаров на 1300 млн руб. в год, легко сбыть из них заграницу же гораздо более, чем на 200 млн руб. в год. Баланс-то улучшится, а не ухудшится. Надо же понимать, что тут все дело лишь в производительной правильности затрат, что они в России и остаются, что на должный начальный рост нашей промышленности надо-то всего разве первые 2-3 млрд достать из заграницы, а там, при разумном ведении дела, «сама пойдет». Видеть и помнить только дивиденды - значит просто жадничать и лежать как собака на сене. Ведь этот дивиденд на займы и вложенные капиталы во всяком случае, судя по показанному, составит никак не более со всеми барышами, как 20% в год, Россия же получит за это ежегодно новых 80%, не считая единовременного обзаводства. По моему мнению, это бьет наповал всех тех, которые горячо будируют против иностранных капиталов, входящих ради промышленности в Россию». И далее: «не надо же забывать, что так быстро возросшая промышленность С-А.С. Штатов вся возникла не иначе, как при помощи иностранных капиталов, которые быстро в Америке погасились вместе со всякими долгами, оставшимися после внутренней неусобицы. То же будет и у нас...» Позже США, как известно, из должника превратились в самого крупного в мире кредитора. 55

См.: Бачурин А.В. Указ. соч. С. 105; проф. Кованьковский ПЛ. Бюджет СССР. Мюнхен: изд. Института по изучению СССР, Мюнхен 1956. С. 132-137; «Народное хозяйство СССР в 1958 году». С. 899-902, этот источник приводит данные для 1956 и 1958 гг., но пропускает 1957 г.

Кроме того, для значительных сумм по доходам не указан источник их получения, а по расходам - предмет их назначения; данные для 1957 г. взяты из статьи П.Л. Кованьковского «Государственный бюджет СССР на 1959

год» в «Вестнике Института по изучению СССР», 1959. 3(31). С. 27-43; а данные для 1959 и 1960 гг. из доклада заместителя министра финансов СССР В.Ф. Гарбузова «О государственном бюджете СССР на 1960 г. и об исполнении государственного] бюджета за 1958 г.» и Закона о бюджете на 1960

г. (Правда». 1959. 28 и 31 окт.). 56

По словам В.Ф. Гарбузова, «выполнение государственного] бюджета СССР в 1959 г. ожидается по доходам в сумме 735,8 млрд руб., по расходам - 698,8 млрд руб.; превышение доходов над расходами составит примерно 37 млрд руб.» (Правда. 1959. 28 окт.). 57

Вскрыть точную величину советских расходов на оборону невозможно. Можно лишь очень приблизительно нащупать ее при помощи ряда условных допущений. Что касается величины союзного бюджета, то до 1956 г. на его долю приходилось ок[оло] 70% расходов всего государственного бюджета, но затем его доля, особенно в связи с децентрализацией промышленности, падает в 1958, 1959 и 1960 гг. до 47, 51 и 48 %. Возьмем среднюю цифру в 49%. Расходы на народное хозяйство составили в последние годы 44-45% всех расходов. Если принять, что из них не менее '/4, т.е. 11% всех расходов, приходится на союзный бюджет, то сравнимая величина этого бюджета понижается с 49 до 38% всех государственных расходов. Предположим, что из этих 11% на финансирование союзной военной промышленности приходится '/2, т. е. 5,5% всех расходов. Тогда сравнимый союзный бюджет повышается с 38 до 43,5% всех расходов, но и показанный процент расходов на оборону, составляющий в последние годы в среднем 13,5% всех расходов, повышается до 19%. Наконец, засекреченная часть расходов составляла в бюджетах на 1959 и 1960 гг. 58,9 и 62,3 млрд руб. или около 8,5% всех государственных расходов. На эти 8,5% должна быть понижена сравнимая величина союзного бюджета, которая вследствие этого уменьшается с 43,5 до 35% всех расходов. Если же принять, что около 1/2 этих засекреченных расходов, т.е. 4%, идет на военные цели, то сравнимая величина союзного бюджета подымается с 35 до 39%, но и процент расходов на оборону повышается с 19 до 23% всех государственных расходов. Таким образом, согласно принятым допущениям, сравнимая с бюджетом США часть советского государственного бюджета составляет приблизительно 39% всех государственных расходов и из них на оборону идет приблизительно 23% всех государственных расходов, что составляет, опять-таки приблизительно, 59% сравнимого государственного бюджета. Действительный процент несомненно еще выше, так как и в республиканских бюджетах среди расходов на народное хозяйство имеются расходы военного характера. Ибо известно, что вообще советская промышленность гораздо больше работает на военные цели, чем промышленность США, несравненно шире удовлетворяющая потребности населения. 58

См. Bornstein Morris A Comparison of Soviet and United States National Product // Comparison of the United States and Soviet Economies. Washington 1959. Part II. P. 385. 59

В 1920 г. мной была написана небольшая работа об «Экономическом единстве России». Она уже была набрана в Ростове на Дону, но вследствие занятия города большевиками, так и не появилась. В типографии осталась и рукопись. Б.И. Николаевский при встрече со мной в 1948 г. в Мюнхене говорил мне, что он видел в СССР корректурные листы этой книги. Несколько ранее на эту же тему была написана книга С.О. Загорским.

Н. Огановский указывает статью С. Загорского «Экономическое единство России» в журнале «Международная политика и мировое хозяйство» (№ 4, год не указан). См.: Огановский Н. Социально-экономические основы единства СССР // в Энциклоп. словарь изд. 7-е перераб. М.: Изд. Русского библиографического института Гранат. Т. 41 - I. С. 318-357 (год не указан). 60 Вл. Николаев в работе «К свободе, праву и справедливости» (Мюнхен, 1958. С. 54) пишет по этому поводу: «Ограждая себя от набегов татар, Россия вышла на естественные границы по берегу Черного моря; на востоке, одновременно ища применения своих сил и новых пространств, она достигла Тихого океана и подножия Памира... К концу прошлого века этот процесс остановился». 61

Менделеев Д.И. К познанию России. [СПб.], 1906. С. 82.

Verlag ZOPE Miinchen 19, Renatastrafie 77 Deutschland

<< | >>
Источник: Билимович А.Д.. Экономический строй освобожденной России; Ин-т экономики РАН. - М.: Наука. - 229 с. - (Русское зарубежье : социально-экономическая мысль).. 2006

Еще по теме Заключение:

- Информатика для экономистов - Антимонопольное право - Бухгалтерский учет и контроль - Бюджетна система України - Бюджетная система России - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики в России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инновации - Институциональная экономика - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Кризисная экономика - Лизинг - Логистика - Математические методы в экономике - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоговое право - Организация производства - Основы экономики - Политическая экономия - Региональная и национальная экономика - Страховое дело - Теория управления экономическими системами - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая безопасность - Экономическая география - Экономическая демография - Экономическая статистика - Экономическая теория и история - Экономический анализ -