>>

ВВЕДЕНИЕ

Постсоветские страны в среднем значительно сильнее пострадали от финансово-экономического кризиса, чем мир в целом. В среднем по постсоветскому региону в 2009 г. спад экономики составил около 9%.
По оценкам Мирового банка, глобальный ВВП в 2009 г. сократился на 2,2%. Причем в развивающихся странах ВВП увеличился на 1,2%, в том числе в Китае — на 9%, в Индии — на 7,5%.

Введение 8

Кризис вскрыл сильные и слабые стороны экономики и управления ей в новых независимых государствах, показал степень включенности в процессы глобализации и регионализации и связанные с этим преимущества и риски. В этом смысле кризис дал богатую пищу для анализа.

Кризис по-разному проявился в постсоветских странах. В странах Балтии, Украине, Армении произошел весьма сильный спад, а экономики Азербайджана, Туркменистана и Узбекистана сохранили, по данным национальной статистики, положительную динамику. Объяснение этих различий — одна из задач настоящей монографии.

Также по-разному страны реагировали на вызовы глобального кризиса, что отражается в национальных антикризисных программах. В разработке мер по преодолению кризиса и их финансированию в ряде ННГ принимают активное участие МВФ и другие международные финансовые институты. Соотношение отдельных мер борьбы с финансово-

экономическим кризисом в странах весьма индивидуально, отражает глубину поражения национальной экономики, существующие у стран финансовые возможности и условия, на которых им предоставляется внешняя помощь. Содержание и эффективность антикризисной политики в отдельных странах также довольно подробно исследуются в монографии.

Одним из важных инструментов борьбы с экономическим спадом для большинства стран СНГ стала тарифная и нетарифная защита национального производителя, а также национального рынка некоторых товаров, прежде всего продовольственных. Это, безусловно, усилило экономический спад.

Хотя активная фаза кризиса прошла, речь пока не может идти о его полном завершении. Просто наступает новая стадия кризисных проявлений. На первом (остром) этапе (2008 — начало 2009 г.) кризис имел характер резкого сокращения ликвидности банковской системы и оттока капиталов из стран. Далее он перешел в стадию сжатия внешнего спроса на производимые товары и услуги. А в 2009—2010 гг. речь идет о стадии возросшего бюджетного дефицита и внешнего долга.

Исследование кризиса показало его тесную связь с региональным сотрудничеством, глубиной процессов региональной интеграции. На силе проявления кризиса, в частности для стран общего с ЕС соседства — Белоруссии, Молдовы и Украины, а также Армении, сказалось то, что их главные рынки — ЕС и Россия оказались сильно поражены глобальным кризисом. В то же время соседство стран Центральной Азии с Китаем и сохраняющийся спрос этой страны на производимые в регионе углеводороды и другие минеральные ресурсы способствовали сохранению положительной экономической динамики. Проблемы со сбытом товаров в соседних странах заставили ННГ искать возможности реализации своих товаров в значительно более отдаленных странах Азии, Африки и Америки. В монографии акцент делается на исследование российского фактора с точки зрения как ретрансляции глобального кризиса в исследуемые страны, так и содействия выходу из него. Глобальный кризис по времени совпал с настойчивым стремлением России перейти к рыночным ценам на газ, поставляемый в постсоветские страны. Это создает и для этих стран, и для России большие дополнительные проблемы.

Введение 10

Особый интерес представляет анализ того, как кризис распространяется в интеграционных группировках разной глубины экономического взаимодействия. Текущий кризис показал, что региональные группировки не гарантируют защиту от паралича национальной банковской системы и мировой рецессии. Причем это касается как продвинутого ЕС, так и застрявшего на начальной стадии экономического сплочения СНГ. Но если в ЕС экономический спад проявился во всех странах за исключением Польши, то в странах СНГ, как было упомянуто выше, картина весьма пестрая.

Для стран СНГ в течение 2009 г. было характерно обострение экономических противоречий. Во всех наиболее резонансных конфликтах участвовала Россия. российско-украинский и российско-туркменский — «газовые», российско- белорусский — «молочный» и «нефтяной». Кроме того, был и российско-таджикский «гидроэнергетический». Не были безоблачными российско-узбекские и российско-киргизские отношения. Обострились отношения между странами Центрально-Азиатского региона. В подоплеке этих событий свое место занимает ухудшение экономического положения стран в ходе глобального кризиса.

В то же время в 2009 г. произошла активизация работы по созданию Таможенного союза в составе Белоруссии, Казахстана и России, который был запущен в январе 2010 г. Следует считать перспективным проект создания в рамках ЕврАзЭС «антикризисного фонда», который при его реализации может сыграть позитивную роль в качестве подстраховки в период кризиса и конструктивную роль на этапе посткри- зисного развития. Россия в год своего председательствования в СНГ в 2010 г. расширила поиск путей реанимации деятельности этой организации. Тем не менее бюджетный кризис ЕС показал, что тесная интеграция при сильно различающемся

уровне экономического развития стран-участниц в условиях значительного экономического спада чревата большими экономическим и политическим осложнениями.

В целом исследование кризисных явлений в отдельных постсоветских странах и национальных методов борьбы с ними позволяет лучше понять не только их природу, механизмы распространения, социально-экономические и политические последствия, но и оценить ресурсы, а также возможные варианты экономического развития стран в дальнейшем.

В основе проведенного анализа лежат макроэкономические показатели, их динамика в 2006—2010 гг. Поскольку статистика по странам заметно различается по полноте отображения макроэкономической ситуации, это сказалось на содержании страновых сюжетов. Кроме того, авторы при работе учитывали наиболее важные стороны экономической жизни «своих» стран.

Монография выполнена в Центре постсоветских исследований ОМЭПИ ИЭ РАН. А.Н. Быковым написана глава 1, Л.Б. Вардомским осуществлена научная редакция, написаны введение, разделы 3.3 и 4.2, З.А. Дадабаевой — раздел 5.3, Е.М. Кузьминой — разделы 5.1,5.2,5.4,5.5, А.Г. Пылиным — глава 6 и разделы 3.3, 4.1 и 4.3, Л.С. Савостиной — глава 2, Л.В. Фокиной — раздел 3.2, А.В. Шурубовичем — раздел 3.1. Продолжающийся глобальный финансово-экономический кризис, его причины и последствия представляют важнейшую нерешенную проблему мирового и регионального развития.

Если периодические кризисы перепроизводства как закономерности всякой капиталистической экономики обос- I новал еще К. Маркс, то современный кризис имеет характер

системного явления, что отличает его от Великой депрессии 1929 г., других кризисов прошлого.

Современный кризис начался с краха банковской системы, связанного с пороками финансовой глобализации как основной и наиболее противоречивой составляющей глобализационного процесса, практически превратившей весь мир в огромное казино, где деньги делают деньги, свободно перемещающиеся по всему миру в поисках быстрого и максимально выгодного приложения за счет преимущественно спекулятивных операций с финансовыми инструментами и их производными (деривативы), которыми массово занимаются инвестиционные институты (прежде всего хеджфонды). Именно крупнейшие инвестиционные банки Уолл-стрита, завязанные в широкомасштабных высокорискованных ипотечных операциях, кредиты по которым послужили основой распространения ими по всему миру производных ценных бумаг, после крушения ипотечной пирамиды в США породили глобальный банковский кризис. В свою очередь, он вызвал

массовые банкротства, сокращение кредитования производства и торговли, рост безработицы, повсеместное падение спроса, обеспечивающего функционирование экономики.

Как пишет лондонский «Economist» в статье «Финансовый риск опережает мировую способность управлять им», финансы пережили золотой период низких процентных ставок, слабой волатильности и высоких доходов, когда риск представлялся минимальным. Автор М. Валенсия в связи с этим отмечает три взаимосвязанных обстоятельства. огромный рост операций с деривативами, призванных ограничить рискованность финансовых и других сделок; распределение кредитных рисков за счет секьюритизации; широкое использование в управлении рисками математических методов и компьютеризации, что, по его убеждению, далеко не всегда обеспечивает принятие правильных управленческих решений.

Во всем этом, по мнению автора, неправильно ориентируют модные академические авторитеты, а также правила банковского регулирования Базель-2, вселяя веру, что рынок всегда подсказывает правильные решения, а всякие огрехи в итоге будут компенсированы рыночными силами, в крайнем же случае — государством за счет бюджетных и других форм поддержки (таковыми стали на сегодняшний день капитальные вливания в банки стран мира в размере 15 трлн долл.).

B заключение автор рекомендует банкам самим находить оптимальные решения между собственными оценками и математическим фетишизмом, не полагаясь на безукоризненность популярных моделей, и признает важным на будущее во избежание новых кризисов укрепление регулирующих мер, отмечая при этом, что никакие мировые реформы не смогут обеспечить полную безопасность1.

Если в минувшем году речь шла, прежде всего, о спасении крупнейших банков за счет массированных государственных вливаний, не надеясь на регулирующую роль рынка и забыв о

главных постулатах неолиберальных догм, то в текущем году главной угрозой стал непомерно возросший суверенный долг, начиная с США, чей бюджетный дефицит возрос до 11% ВВП, а государственный долг, побив все рекорды, устремился к 14 трлн долл., приближаясь к новому законодательному лимиту в 14,6 трлн долл. Однако огромные траты не дали ожидаемых результатов. При некотором оживлении экономики США во второй половине минувшего года безработица побила все рекорды, превысив 10% (а по некоторым оценкам, достигнув 17%) при стагнации или падении потребительского спроса и неурегулированности ипотечных проблем, с которыми связан наступивший финансовый кризис.

Словом, экономический кризис, который казался отступившим к концу 2009 г., снова проявил себя в полную силу, сопрягаясь с опасностью суверенного дефолта, заявляет журнал «Economist» в статье под характерным заголовком: «Новые угрозы для мировой экономики».

| Речь идет, прежде всего, о предотвращении крупней

<

шей финансовой беды в одиннадцатилетней истории евро, связанной с финансовой катастрофой Греции, поставившей под удар вторую мировую резервную валюту. Дефолт, впервые грозящий члену еврозоны, удается предотвратить в силу согласия этих стран предоставить Греции при участии МВФ 30 млрд евро при обязательстве последней резкого сокращения ее бюджетного дефицита, ибо за Грецией с аналогичной просьбой о спасении могут последовать и другие члены еврозоны, такие как Испания, Португалия, Италия и Ирландия,

чей бюджетный дефицит также существенно превысил установленный в ЕС максимум. С бюджетными проблемами столкнулась и Великобритания, которая, не состоя в еврозоне, должна преодолевать дефицит самостоятельно.

Все это не могло не сказаться на судьбе и перспективах | евро и положении Евросоюза в целом, ставя перед ним тяже

лую и непопулярную проблему экономии, включая повышение налогов, пенсионного возраста и сокращение всех социальных благ.

Все это не могло не обеспокоить европейских и других инвесторов, ограничить их активность, резко понизить показатели фондовых рынков, прибавить пессимизм в отношении возможностей быстрого выхода из кризиса. Превалировавшая в последнее время склонность видеть такой выход по модели V (быстрое падение и затем быстрый взлет) сменилась на модель W (повторное падение), дополняемую опасениями преждевременного сокращения бюджетных дотаций и обращения для покрытия дефицитов к печатанию не обеспеченных ничем денег.

Состояние мировой экономики разнится по странам, отмечает журнал. В лучшем положении находятся крупные развивающиеся экономики с растущим внутренним спросом при сравнительно ограниченной покупательной способности. Такие страны, как Индия и Бразилия, уже демонстрируют сокращение темпов роста. Китай же при 10%-ном росте в 2009 г. и раздутом внутреннем кредитовании, опасаясь собственных финансовых пузырей, начал ограничивать финансовую активность на внутреннем рынке. Но при всем том серьезные затруднения в этих странах пока не предвидятся.

Однако, по оценке журнала, далеко не так обстоят дела в богатых странах, включая США, где наметившийся рост представляется неустойчивым, а многие отрасли и производства недоиспользуют имеющиеся мощности.

В Европе и Японии ситуация представляется более мрачной. Хотя экспорт в Японии растет, она снова скатывается в труднопреодолимую дефляцию. Ситуацию усугубляет начавшийся в стране в конце мая политический кризис. В зоне евро восстановление неустойчиво независимо от положения в Греции.

Различия в положении богатых и развивающихся стран сказываются на их макроэкономической политике. Последние могут и должны ослаблять стимулирование роста для сдерживания инфляции, в то время как богатые большие и слабые экономики не должны делать то же самое. Большая инфляция грозит и им, но небольшая может стимулировать рост, противодействуя опасной дефляции. Но контроль за растущим бюджетным дефицитом важен и для них.

Всем необходимы стимулы для роста производительности, инвестирования и конкурентоспособности, а для преодоления кризиса — недостающая ясность и четкость правительственной политики, заключает журнал .

Глобальный финансово-экономический кризис и его воздействие на евразийское и постсоветское пространство

Все вышесказанное актуально и для Евросоюза в силу состава и особенностей формирования этой наиболее мощной и продвинутой интеграционной группировки современного мира.

По мнению большинства аналитиков, до похорон евро, главной гордости Евросоюза, который уже много лет успешно конкурирует на мировом рынке с американским долларом, дело не дойдет, хотя соотношение евро/доллар за последнее время изменилось в пользу последнего, что, видимо, сохранится в краткосрочном периоде. На более отдаленную перспективу об этом соотношении можно лишь гадать.

Пока экономическое положение в Европе по сравнению с США складывается менее благоприятно. Однако в будущем давление на доллар как основную резервную валюту со стороны конкурентов может возрастать с учетом не только экономического положения в США, но, прежде всего, непомерно возрастающей их внешней задолженности, которая способна эффективно сокращаться только за счет активного использования печатного станка, массово выбрасывающего свою продукцию на мировой рынок, а это грозит обесценением доллара и дальнейшей утратой доверия к нему как мировой резервной валюте.

Что же касается перипетий с евро и суверенным долгом Греции и других претендентов на дефолт в еврозоне и ЕС в целом, то не исключено, что ЕЦБ или другому уполномоченному на то институту придется заняться выкупом суверенных долгов, выросших до угрожающих размеров в силу дальнейшего обострения долгового кризиса, причем за счет налого-

плательщиков ведущих стран Союза, как это уже происходило в 2008—2009 гг. в США и Великобритании в отношении безнадежных (плохих) долгов своих финансовых институтов, а еще раньше в Швеции, чей опыт на этот счет приобрел чуть ли не классический характер. Видимо, для этого предлагается создание европейского аналога МВФ.

Особого рассмотрения заслуживают исторически близкие нам постсоциалистические страны Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), включая недавно входившие в СССР прибалтийские государства. В 1990-х годах ряд из них по успешному проведению рыночных реформ справедливо рассматривался как антипод удручающего «гайдаровского» реформирования экономики России. Еще недавно страны ЦВЕ по темпам экономического роста лидировали в ЕС, подтверждая оправданность их поспешного приема в Союз. Однако все радикально изменилось с наступившим глобальным кризисом.

Как не без иронии отмечает «Economist», даже на вершине бума «экс-коммунистических стран» в 2006 г. около половины их граждан рассматривали свою жизнь худшей по сравнению с 1998 г. Однако их грустный вердикт спустя 17 лет либерализации, приватизации и стабилизации смягчен оптимизмом большинства опрошенных Мировым банком и Европейским банком реконструкции и развития (ЕБРР) в отношении перспектив их детей.

Беспокоит же то, что глобальный кризис уменьшил веру в будущее и углубил пессимизм в отношении настоящего, отмечает журнал в статье под характерным названием «Вниз в бездну». По его данным, падение ВВП в регионе в целом составило в 2009 г. 6,2%. Рекорд падения достался Прибалтике (Литва — 18,4%, Латвия — 18,0, Эстония — 14,2%). Затем по нисходящей последовали Румыния — 8,0%, Словения — 7,8, Венгрия — 6,5, Болгария — 6,0, Чехия — 4,3%, и только Польша смогла обеспечить скромный рост в 1,3%. Из этих стран Латвия и Венгрия оказались на грани дефолта и были спасены от него новыми крупными кредитами от МВФ и ЕС. За внешним о

IS)

кредитованием обратились практически все вышеназванные страны, и только многомиллиардная внешняя помощь спасла от катастрофы.

Причины падения многообразны: привязанность курсов валют к евро, чрезмерная внешняя задолженность, покидающие эти страны иностранные инвесторы, коррупция и засилье бюрократии, жадной до наживы и неспособной руководить, незавершенность реформирования государства и экономики, ее монокультурность и многое другое, что скрадывалось быстрым ростом и выявилось при наступившем неожиданно кризисе. Выход из него представляется для данных стран о медленным и трудным, зависящим от роста экспорта товаров

и услуг, крупных вливаний капитала, развития аутсорсинга на основе местной недорогой и высококвалифицированной рабочей силы, для начала сопровождаясь непопулярными мерами по повышению налогов, урезанию социальных затрат и другой экономии.

| ЕВРД определил четыре направления совершенствова

<

ния положения в рассматриваемых странах: улучшение правовой системы и защиты иностранных инвестиций, включая прочность договорных отношений и прав собственности; совершенствование управления и регулирования, включая преодоление чиновничьей волокиты и коррупции; укрепление социальной безопасности и справедливости; преодоление препятствий для развития конкуренции и неформальных барьеров на пути подключения к экономике аутсайдеров, способных повысить ее эффективность. При этом признается, что обсуждать пути повышения эффективности функциони рования государственных институтов легче, нежели все это

3

практически реализовать2

Евросоюз, как и другие важнейшие региональные образования, стремится скоординировать свою антикризисную политику и отстаивать ее на международных форумах.

Однако и для него это представляется нелегким делом. Его

континентальная часть, где традиционно сильно стремление строить социально ориентированную экономику, склонна усиливать регулирование мирового экономического развития, особенно его финансовой составляющей, отвергая устами президента Франции Н. Саркози идею, что рынок всегда прав, поддерживая «регулируемый капитализм», тогда как Великобритания пытается отстаивать англосаксонские традиции, неолиберальные ценности, провозглашенные чикагской школой и возведенные в абсолют в правление Р. Рейгана и М. Тэтчер, невзирая на то, что их курс и завершился в итоге переживаемым глобальным кризисом.

Группировка БРИК, поддерживаемая другими, прежде всего развивающимися странами, выступила за формирование новой мировой финансовой архитектуры, исключающей монополизм США и диктат «Большой семерки» при широком и равноправном представительстве всех стран и регионов планеты, включая развивающиеся страны, на которые приходится возрастающая доля мирового производства и торговли.

В условиях глобального кризиса и с учетом меняющегося соотношения мировых сил пришлось взамен «семерки/ восьмерки» наспех сформировать «двадцатку», в которую наряду с «восьмеркой» вошли крупнейшие страны континентов. Однако скоординированных решений по вопросам мирового развития и антикризисной политики пока достичь не удалось, что, видимо, не случайно с учетом несовпадающих подходов и интересов всех участников нового форума.

В основном все пока ограничилось обменом мнений и общими декларациями о необходимости координации антикризисных мер, повышении роли в этом международных институтов и расширении представительства и полномочий в них отдельных участников, дополнительной помощи развивающимся странам и неприемлемости протекционизма как главного врага мировой торговли и мирового развития, а также обещаниями не останавливаться на достигнутом.

На практике же мировая торговля в 2009 г. сократилась на небывалые в послевоенном мире 12% как по причинам сокращения спроса в условиях кризиса, так и обычного для него повсеместного роста протекционизма, когда каждый стремится защититься от нежелательных конкурентов.

Глобальный финансово-экономический кризис и его воздействие на евразийское и постсоветское пространство

Когда за океаном отгрохотали первые взрывы наступающего финансового кризиса, считалось, что беда обойдет нас стороной, ибо за последние годы мы накопили солидные золотовалютные резервы на небывалом росте цен на энергоресурсы, ежегодный рост экономики составлял 6—8%, крупный суверенный долг удалось сократить до минимума, а ипотечные кредиты по сравнению с США составляют ничтожную сумму. Однако в реальной жизни все сложилось иначе.

Накопившиеся структурные перекосы в экономике за «тучные годы» лишь обострились, а предприимчивые олигархи в погоне за новыми прибылями набрали за рубежом дешевых кредитов, отсутствующих в стране из-за непреодоленной высокой инфляции, которые по общей сумме почти сравнялись с накопленными в казне спасительными резервами. А поэтому, когда вслед за нагрянувшим банковским кризисом рухнули фондовые рынки и нефтяные цены, упал спрос на сырьевые ресурсы, закачались и наши банки, и бюджет страны в целом, а иностранные кредиторы стали вывозить капитал из страны, одновременно требуя от должников расчета по займам либо огромных сумм в их обеспечение.

Правительство, оценив сложившуюся ситуацию, спешно предприняло антикризисные меры, включившие спасение банков и «структурообразующих» олигархов, удержание рубля от одномоментной девальвации, на что ушло более четверти имевшихся резервов, параллельно стремясь поддержать на плаву экономику и особенно социальную сферу, что в принципе удалось, хотя и с немалыми издержками. При этом профицитный бюджет стал дефицитным, а падение ВВП страны в 2009 г. на 7,9% стало наибольшим среди стран «двадцатки».

Подводя итоги 2009 г., Президент РФ Д. Медведев отметил его сложность и указал на главное — мы выстояли и продолжили развитие, заплатив относительно небольшую цену за тот международный финансово-экономический кризис, который разразился на планете. При этом были отмечены как минимум три вещи, которые удалось сделать. Самое главное — это сохранение социальной стабильности, обеспеченной набором социальных выплат, который был обещан. Второе — удалось обеспечить финансовую стабильность рубля и нормальную работу нашим банкам, сократить инфляцию с 13% в 2008 г. до 9% в 2009 г. В-третьих, удалось запустить механизмы поддержки системообразующих предприятий, исключить банкротство крупных предприятий.

Одновременно президент указал и на то, что не удалось сделать. Это, во-шрвых, осталась прежняя экономическая система, основанная на сырьевом рынке, на продаже сырья, прежде всего энергоносителей; за счет только этого развивать экономику невозможно, тем более, что провалы в ценах на сырье очень быстро и больно отражаются на всей нашей экономике. Во-вторых, у нас много неконкурентоспособных предприятий, которые должны переоснащаться в современные, а поэтому крайне важно преобладающее инновационное развитие. Наконец, не удалось в полной мере совладать с безработицей и эта работа будет продолжена.

Отметив далее невозможность быстрого преодоления мирового кризиса в силу его сложности и потому, что на собственно мировые экономические проблемы наложилась наша экономическая отсталость, Д. Медведев высказал, тем не менее, надежду, что в зависимости от обстоятельств в стране в текущем году может быть достигнут рост от 2,5 до 5%. Далее он подчеркнул неотложность перехода к сплошной модернизации нашей экономики и на инновационный путь развития, без чего даже при обилии природных богатств у нашей экономики нет будущего3.

При объективной необходимости сплошной модернизации страны остается невыясненным вопрос, кто и как должен осуществлять реальное решение этой судьбоносной задачи,

особенно в условиях кризиса, когда спрос на инновации и без него сведен до минимума, свободных средств недостаточно, а механизм и инфраструктура модернизации практически отсутствуют, ибо в прошедшие «тучные годы» и государство, и бизнес данной проблемой практически не занимались, увлеченные возрастающим притоком нефтяных денег и стрижкой связанных с этим купонов, полагая, что этот процесс нескончаем.

Глобальный финансово-экономический кризис и его воздействие на евразийское и постсоветское пространство

Мировая и российская практика знакомы с двумя моделями решения проблемы модернизации: государственной инициативы и жесткого принуждения, что успешно реализовалось в бытность СССР и в более облегченной форме Китаем и азиатскими «тиграми», и в рыночных условиях в основном частным бизнесом, стимулируемым государством преимущественно рыночными регуляторами. Первое для «либеральной» России неприемлемо, ко второму ни государство, ни бизнес не готовы, и как их задействовать также неясно.

Даже если эту дилемму и удастся эффективно решить, модернизация — дело длительное, и сопряжена она с риском неуспеха или отложенного успеха, а поэтому за годы кризиса изменить структуру производства и экспорта невозможно, и стране вновь, как и прежде, придется зависеть от мировых цен и внешнего спроса на энергоносители и другое сырье, т.е. с «нефтяной иглы» не слезть, причем на докризисное чудо сверхвысоких цен по всем прогнозам рассчитывать не приходится.

Поэтому на широкие финансовые возможности государства без глубоких структурных реформ и при ожидаемом исчерпании накопленных резервов также рассчитывать не приходится, а бизнес если и готов раскошеливаться на дорогостоящие инновации, то, прежде всего, в том же сырьевом секторе и в условиях гарантии быстрых и высоких прибылей, что также представляется проблематичным. В этой связи показательны результаты реформирования РАО ЕЭС по А. Чубайсу, когда переданные в частные руки предприятия остаются немодернизированными, работая на износ, без обещанных инвестиций, а их прибыльность обеспечивается лишь безудержным ростом цен, что больно ударяет по всем потребителям электроэнергии, лишая нас главного международного конкурентного преимущества.

Ежегодные и порой необоснованные существенные повышения цен на продукцию и услуги естественных монополий, продолжающиеся и в период кризиса, служат препятствием для его преодоления, усложняя финансовое положение работающих предприятий, а для энергоемких производств становятся реальной угрозой их выживания, что грозит еще большими структурными перекосами в российской экономике, негативно сказываются на материальном положении населения, испытывающего и без того немалые тяготы как до, так и особенно в ходе кризиса, обесценивают предоставляемые ему социальные пособия и льготы. Это прежде всего касается огромного массива низкооплачиваемых категорий работающих и пенсионеров, растущей армии безработных (последние составляют 2,2 млн официально зарегистрированных и получающих пособия по безработице и трижды больше с учетом незарегистрированных и занятых случайной работой).

Большой проблемой остается судьба многочисленных моногородов, жизнь которых зависит от закрываемого единственного градообразующего предприятия. Медленно осуществляется импортозамещение по важнейшим товарам и продуктам жизнеобеспечения, что чрезмерно отягощает торговый и платежный балансы страны, остающиеся пока на пороге равновесия за счет сохраняющихся на приемлемом уровне нефтяных цен, характеризуемых, однако, повышенной волатильностью.

Еще больнее кризис ударил по большинству других стран СНГ, которые, как и Россия, с распадом СССР потеряли половину и более своего экономического потенциала, включая многочисленные кооперационные связи, существовавшие в рамках мощного единого народнохозяйственного комплекса. Все эти страны, находящиеся на различном уровне демокра- 40

(St Глобальный финансово-экономический кризис и его воздействие на евразийское и постсоветское пространство

тических и рыночных преобразований, пережив в ходе независимого развития различные по масштабам трудности, достигли в предкризисный период неоднозначных результатов, оставаясь вместе с тем приверженцами сохранения невзначай обретенного суверенитета. Некоторые из этих стран сумели продемонстрировать в лучшие времена и в кризис опережение России по темпам экономического развития и степени привлечения иностранных инвестиций в основном за счет богатых природных ресурсов, а также прямой или скрытой помощи от России и из других внешних источников.

В кризисном 2009 г. ВВП стран СНГ в целом упал на 7%, исключая богатые нефтью и газом Азербайджан и Узбекистан, показавшие существенный его рост (соответственно на 9,3 и 8,1%) и небольшой рост у других стран Центральной Азии и Беларуси, при наибольшем падении в Украине, Армении, Молдове и России (соответственно 15,9, 14,4, 7,7 и 7,9%), составив вкупе с рассмотренными выше постсоциалистичес- кими странами ЦВЕ группу государств, в наибольшей степени пострадавших от глобального кризиса. Что касается причин, то, по мнению западных и некоторых наших аналитиков, они являются следствием не преодоленных негативных черт социалистического экономического развития с присущим ему жестким плановым регулированием. В отношении беднейших стран СНГ можно добавить воздействие сокращения частных денежных переводов из России.

Инициированный РСФСР развал СССР, формализованный на «тайной вечере» на троих в глуши Беловежья, предусматривал замену его новым содружеством (СНГ), призванным не только завершить раздел великой державы между вновь возникшими независимыми республиками, но и сохранить развитие их тесных экономических и других взаимосвязей путем интеграции на демократической рыночной основе. Однако если первое быстро свершилось, то задуманная интеграция остается нереализованной до настоящего времени, хотя наступивший кризис и подтолкнул ряд этих стран к сближению на новой глубокой основе, чего не произошло с ранее предпринимавшимися попытками создания различных далеко идущих интеграционных объединений на многосторонней основе, о чем было заключено немало бездействующих соглашений.

На сей раз речь идет о формировании Таможенного шюза между Россией, Беларусью и Казахстаном, к которому могут присоединиться и другие члены ЕврАзЭС по мере их готовности к этому. Таможенный союз трех начал функционировать с начала 2010 г., а к середине общая таможенная граница переместится на его внешний контур, начнет действовать единый Таможенный кодекс союза. Это позволяет свободное беспошлинное перемещение товаров и услуг в рамках союза, создавая преимущества для производителей и потребителей его членов, определяемые огромными (по расчетам Института народно-хозяйственного прогнозирования РАН, за 5 лет до 400 млрд долл.) выгодами от формирования в итоге единого экономического пространства.

Вместе с тем настораживают начавшиеся дискуссии и даже споры о том, что и кто и по каким товарам и операциям выгодает больше или потеряет от такого союза, каков в нем режим поставок нефти, хотя создаваемый большой и свободный общий рынок выгоден для всех участников, если на нем будет свободно развиваться здоровая конкуренция и восстановятся нарушенные кооперационные связи между товаропроизводителями всех участников. А они отнюдь не бедные страны, которым нечего предложить своим партнерам, соблюдая общепринятые для таможенного союза и проверенные мировой практикой правила игры.

Пример такого поведения должна показать прежде всего Россия, чей рынок может предложить большие возможности для своих меньших партнеров, не навязывая своей воли и не защищая безоглядно интересы своих олигархов, готовых все ценное скупить по выгодным для себя ценам и условиям, ничего не давая взамен, как уже ни раз случалось на практике.

со

(SI

Для России объединение с некогда братскими странами выгодно и судьбоносно не только экономически, но и геополитически. Мы же, привыкнув в недавнем прошлом, соревнуясь с США, предпочитать кнут прянику, порой полагаем, что нас надлежит любить за великость, забывая, что мы уже давно не сверхдержава, а лишь более богатый партнер, способный тратиться на союз с ними. А платоническая любовь бывает в романах, а отнюдь не в международных делах.

Глобальный финансово-экономический кризис и его воздействие на евразийское и постсоветское пространство

Именно это, плюс наша безынициативная недальновидная политика во многом повинны в том, что интеграция в рамках СНГ продолжает проигрывать в конкуренции с Евросоюзом, а также с другими конкурентами на постсоветском пространстве. Затормозить этот процесс может реализация рассматриваемого проекта создания зоны свободной торговли, охватывающей все СНГ и стыкующейся с подобной зоной, предусматриваемой в рамках нового СПС с Евросоюзом.

С приходом в Украине нового президента уже на первом российско-украинском саммите поднимался вопрос о возможном ее присоединении к Таможенному союзу, благо до оранжевой революции шла подготовка к формированию ЕЭП в составе четырех при участии Украины, хотя и с определенными оговорками с ее стороны. Сегодня ее новый не страдающий русофобией президент принял потенциально богатую разделенную надвое страну, оставленную проигравшим оранжевым руководством в глубоком кризисе под угрозой дефолта, с рекордным бюджетным и платежным дефицитом и с 15%-ным за 2009 г. падением ВВП, пустой казной и огромной внешней задолженностью (в 80% ВВП).

В связи с этим наряду с собственными усилиями Украина вынуждена будет не раз обращаться с просьбами о внешней помощи, в том числе и к России. Обсуждая этот вопрос, среди прочего можно было бы практически обсудить возможности ее подключения к формированию ЕЭП через участие в Таможенном союзе на взаимоприемлемых условиях, благо принятие в обозримой перспективе Украины в ЕС, куда она стремится наряду со сближением с Россией и СНГ, носит скорее виртуальный, нежели реальный характер.

На востоке и юге Россия и СНГ непосредственно граничат с такими гигантами, как Китай и Япония, богатой природными ресурсами Монголией, претендующим на лидерство в мусульманском мире Ираном, растущей Турцией, беспокойным Афганистаном, развитие и укрепление экономических и политических связей с которыми представляют повышенный интерес как для России, так и для СНГ в целом. Из них Китай, Иран, Турция уже не один год стремятся расширять связи и укреплять влияние на постсоветском пространстве в Центральной Азии и Закавказье и преуспеть в этом, соревнуясь там уже скорее с США, чем с Россией, причем за счет интересов последней, уступающей им в освоении этих стратегически важных для нее регионов.

Параллельно в том же направлении продвигается и НАТО, прихватив до того практически все постсоциалисти- ческое и часть постсоветского (Прибалтика) пространства и не отказываясь от движения дальше на восток вплотную к не- обустроенным границам новой России, вызывая ее справедливую обеспокоенность.

Постепенно, не без трудностей, продвигается процесс заключения нового расширенного соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС) c Евросоюзом, одобрены «дорожные карты» по четырем общим пространствам, составлявшим основу такого соглашения. Россия и ЕС — важные и незаменимые партнеры по многим проблемам, экономическим и политическим. При определенном дисбалансе в торговых отношениях на ЕС приходится более половины всего российского внешнеторгового оборота, а Россия обеспечивает до четверти европейских потребностей нефти и газа. Российские эксперты рассматривали предусматриваемое соглашение о ОЕЭП открытым для присоединения европейских стран СНГ как возможный вариант разноскоростной интеграции в масштабах Большой Европы.

Тем не менее Евросоюз предпочел формат Восточного партнерства с этими и другими странами СНГ как предпосылку их последующего вступления в ЕС, что свидетельствует о сохраняющемся стремлении к расширению Евросоюза за счет ряда готовых к тому стран СНГ в ущерб интересам России.

о

СП

Глобальный финансово-экономический кризис и его воздействие на евразийское и постсоветское пространство

Прекращение «холодной войны» и распад СССР как крупнейшая геостратегическая трагедия XX в. изменили мировую конфигурацию, а воцарившаяся в однополярном мире американская гегемония переживает закат, косвенно признанный даже президентом США Б. Обамой. Однако отголоски «холодной войны» не утихают, усложняя, как и переживаемый глобальный кризис, положение в мире и в Евразии в частности, затормозив и даже отбросив назад развитие мировой экономики и международных торгово-экономических отношений, одновременно обнажив пороки и структурные перекосы последних.

Выигравшей стороной в итоге всех этих катаклизмов стал не Запад во главе с США, а Азия, куда перемещается центр мирового развития, и прежде всего Китай, становящийся после ухода с мировой арены СССР второй сверхдержавой, уже в этом году по ВВП обгоняющий Японию (пока еще вторую мировой экономику, причем в той же Азии) и грозящий по имеющимся прогнозам уже в следующем десятилетии догнать и превзойти США по этому показателю.

Неудивительно, что в ходе недавнего визита в Китай Б. Обама, следуя предложенной Б. Бжезинским формуле G-2, высказался, как пишут, в плане разделения с Китаем бремени вывода мировой экономики из рецессии, как бы намекая на возможность совместного управления миром и в дальнейшем, на что не получил положительного ответа. Видимо, перспектива ведомого партнера США Китай не устраивает, да и занят он пока, прежде всего, решением сложных проблем модернизации страны и прохода через глобальный кризис без потрясений, от которых он не гарантирован.

Что же будет потом, если все будет идти как задумано, можно только гадать, не будучи у руля этой великой страны, совершившей под руководством КПК и по рецептам мудрого Дэна экономическое чудо невиданного взлета именно тогда, когда наша страна совершала чудо развала и падения, не найдя у себя на переломном этапе своего Дэна. Словом, что нашли, то и получили.

Что же касается глобального кризиса, то при наметившемся еще в конце минувшего года умеренном росте в развитых странах и сохранении высоких темпов его в ведущих развивающихся экономиках, при недопущении повторного спада и новых пузырей в финансовой сфере можно, по прогнозам МВФ, рассчитывать на рост мировой экономики в текущем году на 2—3% с дальнейшим умеренным ускорением, темпы которого зависят от состояния экономики в США и Китае. Первые — крупнейшая мировая экономика, центр научно-технического прогресса, основной импортер и потребитель, второй — мировая мастерская и первый экспортер.

Для нашей страны, продолжающей сильно зависеть от мировой экономики, спроса и цен на энергоносители и прочие сырьевые товары, наметившийся ее рост будет связан с потреблением их прежде всего указанной парой стран, финансово и экономически взаимосвязанных, как сиамские близнецы, с выходом российской экономики на предкризисный уровень через пару лет, если не больше, при мало изменившейся ее структуре, сильно сократившимися золотовалютными резервами и возросшей внешней задолженностью.

Экономическое же положение большинства других стран СНГ может в итоге этого периода оказаться более сложным, чем у России, и нуждающимся во внешней помощи с ее стороны. А для России, как и для всех стран СНГ, для устойчивого развития потребуются крупные инвестиции для их сплошной модернизации.

С учетом трудных проблем, вставших перед странами СНГ, особое значение приобретает их взаимопомощь и координация антикризисной политики, рациональное использование созданного в рамках СНГ Антикризисного фонда в размере 10 млрд долл. при возможности его увеличения, обратившись с соответствующей просьбой к ШОС и Китаю, накопившему огромные долларовые резервы, превышающие 2,2 трлн долл. (кстати, с аналогичной просьбой к нему уже обращался британский премьер для МВФ).

СП

Выход из глобального кризиса может сопровождаться либо затянувшейся депрессией, либо быстрым ростом с выходом на новый уровень технологического развития, благо кризис по своей природе освобождает экономику от устаревших и не выдержавших обострившуюся при нем конкуренцию производств и фирм.

Глобальный финансово-экономический кризис и его воздействие на евразийское и постсоветское пространство

Возможность первого варианта связана с продолжающимся опасным ростом финансового навеса в результате безудержного вбрасывания в оборот через финансовые институты огромных сумм дешевых денег для поддержания и стимулирования производства, которые до него могут и не дойти, продолжая крутиться в банковской сфере, обогащая лишь ее за счет спекулятивных сделок и грозя рождением новых опасных пузырей, которые и спровоцировали переживаемый кризис и способны вызвать его повторение в той или иной форме, задержав оздоровление всей мировой финансовой системы, законсервировав или даже повернув вспять этот давно назревший процесс.

За второй, предпочтительный вариант говорят меры, предпринимаемые в ряде ведущих стран по активизации модернизации экономики на основе широкого внедрения инноваций.

Взлет в предшествующие кризису годы цен на энергоносители стимулировал продолжающиеся разработку и освоение энергосберегающих технологий, новых нетра-диционных источников энергии, способов их переработки и транспортировки, что будет сдерживать рост цен и спрос на традиционные источники, включая нефть и газ, помогая существенно росту стран их потребления и ограничивая его в странах их основного производства и экспорта, а это и ряд стран СНГ, включая Россию.

Реализация первого или второго сценария или совмещение обоих будет определяться во многом антикризисной политикой ведущих государств мира, скоординированностью и эффективностью их действий, складывающейся мировой конъюнктурой, временными рамками обозначившегося процесса преодоления кризиса, успехами и провалами на этом пути, о чем пока можно лишь гадать.

Что же касается России, то наряду с преодолением перечисленных выше структурных перекосов, которое представляется длительным и трудным, развитием и углублением интеграционного процесса в СНГ и отлаживанием конструктивных отношений со всеми соседями ей надлежит, наконец, определиться ш своим положением на евразийском пространстве, находясь в центре его, на кратчайших путях между Европой и Азией, атлантической и тихоокеанской цивилизациями при реальной оценке своих сил и возможностей как великой и богатой ресурсами страны, но отнюдь не сверхдержавы.

Укрепляя равноправные и взаимовыгодные связи с Евросоюзом и установив, наконец, такие связи с существующими и развивающимися интеграционными группировками в Восточной Азии, равномерно распределяя между ними свои внешнеэкономические связи, достроив при их участии необходимую инфраструктуру, благо ЕС и Китай уже готовят соответствующие проекты, мы создадим для себя и всего СНГ предпосылки для широкомасштабной взаимовыгодной трансконтинентальной кооперации с активным участием в ней всех заинтересованных стран и группировок Востока и Запада, включая даже НАФТА. Это позволит эффективно вовлечь в такую кооперацию природные, производственные и технологические ресурсы страны, прежде всего Сибири и Дальнего Востока, а также всего СНГ, дополнив их недостающими ресурсами других кооперантов, активизировать интеграционный процесс в Содружестве, не теряя его идентификации. При этом как инициатор и модератор данного процесса Россия, не становясь младшим партнером ни Запада, ни Китая, укрепила бы свой статус центра СНГ и великой евразийской и мировой державы.

СП Экономическое развитие, факторы кризиса и его протекание, антикризисные меры в странах Балтии — все как под копирку. Различия только в макроэкономических показателях. Похуже они у Латвии, получше — у Эстонии. Стремление обеспечить высокие темпы развития и приблизиться по его уровню к соседям ЕС на Балтике при ограниченных собственных ресурсах заставляло развиваться в долг. В подоплеке стремления к высоким темпам развития, вероятно, было и желание показать России как правопреемнице СССР, что советские годы — потерянное для стран время и только в дружной европейской семье можно наверстать упущенное. C другой стороны, членство в ЕС связано с большими ограничениями, которые привели к исчезновению в национальных экономиках многих производств реального сектора. В промышленности и сельском хозяйстве осталось то, что было интересно ведущим странам Союза. Это сказалось на устойчивости их экономик к внешним финансовым шокам.

Балтийский «провал»

Сильнейший экономический спад — результат разрушения механизма долгового развития, посредством которого Балтия пыталась включиться в европейскую экономику. Такая же природа кризиса и в Греции. Но население в странах Балтии более сознательно и согласилось безропотно затянуть пояса. Сокращение бюджетных расходов, в том числе социальных — главный рецепт борьбы с кризисом, выработанный в Брюсселе и МВФ. Сегодня пока не ясно, как будут дальше развиваться страны Балтии, — по той же долговой модели или как-то иначе? Ситуация с евро тревожная. Можно только гадать, чем обернется для мировой экономики и тем более для экономики стран Балтии долговой кризис в ЕС. В любом случае коррективы в экономическую политику придется вносить. В частности, думать, как лучше использовать такой ресурс развития, как соседство с Россией. 2.1.

| >>
Источник: Л.Б. Вардомский. Национальные особенности проявления мирового финансового кризиса в постсоветских странах — М.: ИЭ РАН. 330с.. 2010

Еще по теме ВВЕДЕНИЕ:

- Информатика для экономистов - Антимонопольное право - Бухгалтерский учет и контроль - Бюджетна система України - Бюджетная система России - ВЭД РФ - Господарче право України - Государственное регулирование экономики в России - Державне регулювання економіки в Україні - ЗЕД України - Инновации - Институциональная экономика - История экономических учений - Коммерческая деятельность предприятия - Контроль и ревизия в России - Контроль і ревізія в Україні - Кризисная экономика - Лизинг - Логистика - Математические методы в экономике - Микроэкономика - Мировая экономика - Муніципальне та державне управління в Україні - Налоговое право - Организация производства - Основы экономики - Политическая экономия - Региональная и национальная экономика - Страховое дело - Теория управления экономическими системами - Управление инновациями - Философия экономики - Ценообразование - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика отрасли - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая безопасность - Экономическая география - Экономическая демография - Экономическая статистика - Экономическая теория и история - Экономический анализ -